Книга Моя единственная религия: Грех для Верховного, страница 2 – Аматариэль Джулианна Кортес

Теперь я не демоница. Теперь я просто изломанная, смертельно раненая девушка без капли духовной энергии. Обычная смертная.

Я стянула с себя приметные верхние одежды карминового шелка, оставив лишь простые нижние штаны и рубаху, которые уже успели пропитаться грязью до неузнаваемости. Зачерпнув горсть сырой земли, я безжалостно растерла ее по лицу, шее и волосам, скрывая бледность кожи и красоту прежней владелицы тела. Никто не должен узнать в этой перемазанной нищенке грозу заклинательского мира.

Подъем по тысяче каменных ступеней, ведущих к Храму, превратился в пытку. Дождь усилился, превращаясь в сплошную стену воды. Я цеплялась за скользкие камни сбитыми в кровь пальцами, подтягивая свое непослушное тело все выше и выше. Каждый шаг давался с таким трудом, словно к ногам привязали по тяжелому валуну.

Когда я, наконец, достигла массивных деревянных ворот, украшенных медными заклепками, мои силы иссякли. Защитный барьер Храма слегка мерцал в пелене дождя. Запечатав свою ци, я смогла пройти сквозь него, хотя кожу обожгло, словно крапивой — остатки святости этого места все еще сопротивлялись моей истинной сути.

Ворота были приоткрыты — должно быть, монахи не ждали угрозы в такую ночь или барьер считался достаточной защитой. Я скользнула в щель, оказавшись на просторном внутреннем дворе, вымощенном белым нефритом. По краям двора стояли бронзовые курильницы высотой в человеческий рост. Дождь смывал пепел, но густой, тяжелый аромат сандала и сосновой смолы все равно висел в воздухе, проникая в легкие и заставляя мою подавленную демоническую сущность болезненно сжиматься.

Я поползла в сторону ближайших строений, стараясь держаться в густой тени колонн. Мне нужно было найти одежду служанки или послушницы, спрятаться в сарае или в кладовой — где угодно.

Но судьба, забросившая меня в этот мир, явно имела на мой счет другие, куда более жестокие планы.

Очередной приступ боли скрутил тело так внезапно, что я споткнулась о высокий порог и с приглушенным вскриком ввалилась в ярко освещенное помещение.

Двери за моей спиной мягко, но непреклонно захлопнулись под порывом сквозняка.

Я замерла, вжимаясь грязным телом в идеально чистый деревянный пол. Сердце застучало быстрее. Это была не кладовая. И не комнаты слуг.

Просторный зал утопал в мягком, приглушенном свете магических жемчужин, вправленных в резные деревянные панели под потолком. Воздух здесь был не просто чистым — он казался густым от сконцентрированной духовной энергии, светлой и пронзительно холодной. В центре зала, на небольшом возвышении, курились благовония в изящной нефритовой чаше.

А за завесой из полупрозрачного белого шелка, спадающего с потолка, кто-то был.

Тень человека, сидящего в позе лотоса. Идеально ровная спина, широкие плечи. Вокруг него не было ни единого звука, даже его дыхание казалось несуществующим.

Мои инстинкты взвыли дурным голосом. Аура, исходящая от этого человека, была настолько подавляющей, могущественной и бесстрастной, что мне захотелось немедленно вжаться в пол и перестать существовать.

Верховный Жрец Цзян Хаоян, живое божество этого мира.

«О боги, только не он. Кто угодно, но только не он», — в панике подумала я, медленно, по миллиметру пытаясь отползти назад к дверям.

— Кто здесь? — голос разрезал тишину зала. В нем не было ни удивления, ни страха, ни гнева. Лишь абсолютное, нечеловеческое равнодушие.