– Ты не волнуйся, Глебушка, худо не сделаю. Садись на стул, – она вручает ему колоду карт, – подержи минутку. Только не смотри, нельзя. – Гасит свет и зажигает свечи одну за одной. Толик присаживается на кровать, с интересом наблюдая за действом. Гробовецкий точно никогда такого не видел, теперь однозначно поверит, что он живет в Эрмитаже!
– Так, посмотрим…… – Старуха тасует колоду и начинает раскладывать карты в хаотичном порядке, Анатолий никогда не понимал, по какому принципу она это делает. – Интересно. Давай начнем с матери. У нее есть мужчина, кто бы сомневался, она ставит его в приоритет вам. Долго жить будет, здоровье хорошее, а вот в личной жизни совсем швах. Оно и неудивительно, с таким-то характером, – бабка хмыкает, Гробовецкий опускает голову.
– Отец… Жив. У него тут казенный дом, значит, он либо в больнице, либо в тюрьме. Со здоровьем что-то. Спина. – Она пристально смотрит в карты, Гробовецкий бледнеет.
– Этого не может быть. Он летчик и герой, – говорит тихо, сжимая кулаки.
– Карты не врут, Глебушка. Ну ничего, можешь не верить. Он тебя сам однажды найдет. – Она отвлекается на третий столбец. – Как интересно! Ты замечательный мальчик, у таких-то родителей. Умный, здоровенький, вижу проблемы с законом только. И у тебя казенный дом. – Она поднимает темные глаза-бусины, пристально всматриваясь в лицо мальчишки. – Тебе нельзя с криминалом связываться, иначе худо будет. Нужно образование получать, а не думать о воровстве. Ждет хорошее будущее, вот только…… – Она останавливается, поглаживая пальцем черную закрашенную карту без рисунка. – Это плохой знак. Будь очень осторожен, если черти работу будут просить, ты не давай. Тебе с чертями знаться нельзя.
Глеб вскакивает на ноги и выбегает из комнаты, не прощаясь. Анатолий несется за ним, останавливаясь, когда перед носом закрывается дверь чужой квартиры. Черт. Он стучится, но Гробовецкий не открывает.
– Да прекрати ты, это всего лишь гадания! Ты зачем обиделся? Бабушка тоже ошибается.
Возвращается домой Анатоль уже поддатый и снова в расстроенных чувствах. В детстве он уговаривал Гробовецкого не ныть, а теперь, наоборот, у Глеба вон хата какая, а что у Толика? Ни шиша. Наследство, и то Зойке отойдет, и где жить, чем заниматься? Бабка ему все в уши пела, что криминал – дело нехорошее, только по итогу оказалось, что она во всем была не права. Он ведь все сделал правильно, так почему он работает на заводе, а Глебас жирует по кабакам? Непонятно. Образование в техникуме получил, работать устроился, бабушке помогал столько лет, а теперь полгода, и пинком под зад. На съем квартиры денег, естественно, не наскрести, напрягать друзей не хочется. Не у Володи же селиться, там Гриша первый претендент. Колдун хренов.
Братец дрыхнет, свесив голую пятку с небольшого дивана, Толик решает его не будить. На хер. Когда в закромах родины находится бутылочка, он внутренне радуется, собираясь провести вечер за телевизором и вырубиться сидя, но… В дверь настойчиво барабанят. Анатоль выходит в коридор, нехотя щелкает замком и приоткрывает на длину цепочки.
— Толя, это я. – Алинка улыбается во все свои белые, как чеснок, зубы. – Это правда, что Гриша вернулся? – Она с интересом заглядывает в квартиру. Вот ведь бабий народ, везде свой нос сунут. – Ты опять пьяный? Совсем без Катьки расслабился.
