Книга Узник, страница 17 – Максим Мацель

Ну что ж? На ассамблею так на ассамблею. Да и на людей посмотреть интересно. В работе Стаса, которую он начал ценить и любить, это было важно. Советник прав: пора выползать из ракушки. А что касается генерала Шатенфельда, то Стас был уверен, что задание он это получил больше для отвода глаз. Найти, пускай даже генерала, в российской столице спустя девять месяцев после исчезновения – дело безнадежное. Да и советник, судя по его тону, вовсе не горел желанием бросать все ресурсы Тайной экспедиции на розыск какого-то немца, будь он трижды генерал на службе у русской императрицы. Зато в срок отчитается прокурору Самойлову об активных действиях в ходе дознания. Стас уже начал понимать, что в работе Тайной экспедиции рапорты и отчеты часто имели большую силу, чем реальная деятельность. Та выходила на первый план только тогда, когда преступления несли прямую и явную угрозу интересам монарха. Таковых было немного, но при проведении дознания в подобных случаях вся экспедиция, как говорил Щеглов, «стояла на ушах».

Вечер, однако, принес непредвиденные хлопоты. Кто бы мог подумать, что подготовка к балу способна вывести Стаса из равновесия? Облачившись в новый наряд, он с удовольствием отметил, что скроен тот ладно по его фигуре, подчеркивает широкие плечи и тонкую талию. Но тут до него дошло, что он совершенно забыл про парик, да и самого себя стоило привести в порядок. В крепости он как-то упустил из виду заботу о своей внешности. До поздней ночи мотаясь по праздничному городу, полному толп веселящихся горожан, где все лавки оказались запертыми на замок, Стас с большим трудом и немалыми тратами приобрел все необходимое для визита. Воротившись домой, он заснул беспокойным сном, сложив на стуле праздничное одеяние, словно школяр накануне экзамена.

* * *

С нетерпением дождавшись полудня, он в шикарном экипаже, присланном предусмотрительным Репниным, вкатил во двор знаменитого дома на Английской набережной, подаренного его хозяйке самой императрицей. Стас тут же очутился в водовороте праздника. Очевидно, Репнин понимал, что, приди Станислав в гости заранее, он бы тут же стушевался и чувствовал себя неловко. Потому и карету отправил несколько позже, когда гулянья были уже в самом разгаре и шляхтич легко мог затеряться в толпе гостей, не привлекая излишнего внимания. Однако подобный ход Репнина только лишил Стаса возможности узнать имена прибывавших без опоздания гостей, оглашаемые чинным церемониймейстером при входе в парадную. Сейчас он думал, под каким благовидным предлогом представиться хозяйке. Причем главной проблемой было то, что он никогда ее не видел, а роскошных дам, подходящих под описание Жеребцовой, которое ему дал Щеглов, крутилось повсюду полно. Спрашивать же, которая из них мадам Жеребцова, казалось Стасу верхом глупости. К счастью, помощь пришла, откуда не ждали.

— Стани-и-и!

Затем последовал сильный толчок, и Стас оказался в крепких объятиях юной красавицы. Ну конечно! Какого еще приветствия ожидать от Софии?

— Соня! Как же я рад тебя видеть!

— Стани, милый Стани!

София положила свою прелестную головку ему на грудь и крепко обняла. Стас в смущении отстранился, поразившись внешним изменениям, произошедшим с девушкой. Да она просто красавица! Вид Софии никак не вязался с тем образом девочки-дикарки, какой он увидел ее в первый раз, когда приехал в Минск. Сейчас от нее исходило явное и вполне осязаемое женское очарование.