Книга Узник, страница 19 – Максим Мацель

— Светлейший князь, генерал-фельдцейхмейстер, над фортификациями генеральный директор, главнокомандующий флотом Черноморским, Вознесенской легкой конницей и Черноморским казачьим войском, генерал-адъютант, шеф Кавалергардского корпуса, Екатеринославский, Вознесенский и Таврический генерал-губернатор, член Государственной Военной коллегии, почетный благотворитель Императорского Воспитательного дома и почетный любитель Академии художеств и прочая, и прочая, и прочая… Платон Александрович Зубов!

Стас замер, вслушиваясь в слова, произнесенные зычным, хорошо поставленным голосом церемониймейстера. Раздались скрип отворяемой двери и шорох расступавшихся ног. Вмиг пространство вокруг него и Ольги опустело, и в образовавшемся проходе появилась невысокая фигура стройного молодого темноволосого красавца, с горделивым видом шагавшего к ним. Стас с любопытством рассматривал этого неотразимого фаворита императрицы Екатерины II – феноменального выскочку, список регалий которого уже не вмещался в рамки приличия и потому требовал постоянной оговорки «и прочая…». Секунду назад Стасу казалось, что перед ним появится сплошь увешанная орденами и побрякушками фигура. Однако Зубов был одет скромно, но не без изыска: на платье его пошли самые дорогие ткани. Видимо, как и все честолюбцы с огромным самомнением, Платон Зубов нарочито не носил наград, тем самым выставляя напоказ свою притворную непритязательность, что только сильнее указывало на его непомерные аппетиты и амбиции. Подойдя к Ольге, Зубов позволил ей слегка коснуться губами его щеки.

— Ты не предупредил о своем приезде, Платоша.

— Насилу отпросился у матушки императрицы. Еле отпустила, наказав вернуться к ней поскорее. Велела тебе кланяться.

Решив, что сказал все, что предназначалось для ушей публики, Зубов сделал повелительный жест рукой, давая указание музыкантам возобновить игру. Шумный бал вновь загудел в полную силу, и танцы продолжились. Платон с удивлением посмотрел на растерявшегося Стаса, который не придумал ничего другого, кроме как слегка склонить голову в приветствии.

— Я ненадолго оставлю вас, Стани. Займитесь своей сестрицей, а мне нужно побыть с братом, – нарушила молчание Ольга.

Однако, вопреки обещанию, Ольга исчезла надолго. Стас бродил рассеянным, постоянно ища глазами Жеребцову. Он никак не мог избавиться от мысли, что у такой прекрасной женщины, у этого ангела, слишком отвратительный брат: надменность Платона Зубова вызвала у него сильную неприязнь. А если верить слухам, то Зубов, ко всему прочему, также весьма злопамятен и без колебания мстил даже Потёмкину, хотя именно тот и познакомил его с императрицей. В борьбе за власть и влияние он не останавливался ни перед чем. Стас терзался от ощущения, что является совсем чужим на этом празднике, не знает ни одного человека и тычется, как неприкаянный, из угла в угол. Хоть бы София уже покинула своих воздыхателей и составила ему компанию. Но девушка будто нарочно делала вид, что не замечает Стаса, словно тот ее чем-то обидел. Незаметно для себя самого Стас примкнул к компании гвардейских офицеров, обступивших молодого калеку на инвалидной коляске, у которого отсутствовала одна нога. Они шумно спорили о военных действиях, и, услышав в разговоре слово «Польша», Стас подошел поближе. Вскоре он понял, что калека участвовал в подавлении восстания Костюшко и сейчас расписывал собравшимся, как легко им далась победа над беспомощными косинерами.