Книга (Не)любимая жена дракона, или Целительница Золотой Долины, страница 44 – Илана Васина

В таком случае, все должны пить только кипяченую воду. Бактерии размножаются в закупоренных сосудах, поэтому все запасы из бурдюков и бочек надо вылить. К тому же, им понадобится активированный уголь, как я и предполагала.

Он свяжет токсины в кишечном тракте и выведет из организма. А дальше только наблюдение. Если люди начнут задыхаться, то без аппарата искусственного дыхания и без специальной сыворотки я ничего не смогу сделать... Разве что помочь магически.

Мужчины крепкие, и как же я надеюсь, что им хватит сил справиться с болезнью! Я должна убедить их не геройствовать и не брать на себя слишком много. Ботулизм бьёт по нервам, а если они перегрузят мышцы, то паралич наступит быстрее. Пусть отдыхают и пьют много кипяченой воды. Если есть хоть малейший шанс спасти их — я должна попробовать.

Имена тяжелых больных я записываю себе на листочек, взятый из дома старосты, чтобы впоследствии поместить их в одно место.

Вот так, переходя из дома в дом, мы в конце концов встречаемся с Миланией. Договариваемся со знахаркой, что часть тяжелых больных мы перенесем в трактир. А вот куда деть остальных пострадавших, которые в трактир не поместятся, понятия не имею. Ведь в деревне нет других больших домов. В конце концов, решаюсь на отчаянный шаг.

Часть пациентов оставлю на Миланию в трактире, а другую — решаю отвезти в свой дом, где как раз отремонтированы гостевые комнаты. В конце концов, бегать из дома в дом по всей деревне, отслеживая состояние тяжелых больных, для меня будет не реально. А если уложить их компактно, есть шанс каждому помочь вовремя.

Итак, часть пострадавшего народа мы переносим в деревенский трактир. Туда же заселяется Милания. Затем прошу дееспособных мужчин запрячь лошадей, приготовить повозки и перенести туда оставшихся пациентов. В итоге, в усадьбу отправятся женщины и дети, а также один старичок, который не поместился в трактире.

Перед отъездом в сотый раз повторяю Милании, что в первую очередь надо спасать тех, у кого проблемы с дыханием. А также заплетающимся от усталости языком талдычу про кипяченую воду, уголь в воде, и прочие меры безопасности.

— Угомонись, девка! Поняла я тебя, поняла, — вяло отмахивается знахарка. — Не знаю, откуда ты это взяла, но вижу, что оно работает. Так что иди уже. А я тут сделаю все, что смогу.

После такого жизнеутверждающего напутствия мне не остается ничего другого, кроме как поехать в усадьбу, куда я пару часов назад отправила Марту готовить отремонтированные гостевые комнаты для приема пациентов.

В пути мы несколько раз останавливаемся. Меня то и дело подзывают женщины, обеспокоенные тем, что дети рядом с ними почти не дышат. На бедных детей трачу остатки своей магии. К концу пути я настолько ослабеваю, что мне требуется помощь Томаса, чтобы слезть с седла. Пока дохожу до крыльца, меня пошатывает из стороны в сторону.

А ведь впереди еще долгое дежурства у кроватей больных. Я чуть не плачу. Мама дорогая, где мне взять силы?!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Теперь нам предстоит перенести тридцать одного человека из повозок в дом. Я на мгновение замираю, обдумывая, как организовать доставку больных на второй этаж, чтобы не навредить им при подъеме. Каждое движение, каждое неправильное положение тела может стать для них роковым. Им и так трудно дышать...