Книга (Не)любимая жена дракона, или Целительница Золотой Долины, страница 42 – Илана Васина

Деревня встречает нас пустыми улицами, мычанием коров, очевидно не доенных и не кормленных, и лаем собак. Из некоторых домов, где открыты форточки, доносятся тихие стоны. Пара мужских фигур, пошатываясь, бредут от дома к дому.

Налетает порыв ветра, раскидывая волосы, которые я впопыхах не успела закрепить шпильками. Ежусь в седле и плотнее кутаюсь в шерстяную шаль. Погода сегодня происходящему под стать. Серое, унылое небо, и противно моросящий дождь.

Гарнер и Ксана первым делом отправляются к родным — разведать, как они. А мы с Томасом спешим к дому старосты. Спешившись и постучав, заходим внутрь.

В доме тепло, в очаге потрескивает костер, а над ним висит железный котелок с водой. Хозяйка лежит на кровати неподвижно. Даже не поворачивает голову, когда захлопывается входная дверь. Фредерик качает сопящую малышку Веронию, а больше никого в доме нет. Отец семейства, видимо, отправился по соседям — узнать, как они.

Парнишка тоже выглядит хуже, чем час назад, но больше всего меня беспокоит Сария и Верония. Сердце сжимается при виде ослабевших бедняжек.

Подхожу к Фредерику и с улыбкой протягиваю руки к Веронии. Тот с заметным облегчением отдает мне сестренку. Парнишку прошу, как только покипит вода, остудить ее, перетереть уголь, смешать с водой и выпить в три захода. Затем приготовить такой же раствор для отца. Активированный уголь им точно не помешает!

Сама тем временем ласково глажу крошку по лобику. Прикасаюсь к нему губами — не горячий. Значит, лихорадки нет. Но меня тревожит заторможенное состояние малышки. Она не спит, не кричит, не капризничает. Даже дыхание едва слышно.

Я закрываю глаза и позволяю магии течь через меня, словно теплому ручейку. Сначала ощущаю мягкое, привычное тепло, как всегда, когда я пытаюсь настроиться на жизнь другого человека. Но чем глубже я вглядываюсь в её суть, тем холоднее и резче становится поток.

Внутри ребёнка — жизнь, такая маленькая и нежная, словно золотой клубочек нитей. Некоторые нити порваны. Их концы обтрепаны и едва светятся.

Какая-то зараза проникла в её тело, разрушая нервные окончания. Она выглядит, как рой тёмных насекомых, мелькающих вдоль золотых нитей. Прилипают к свету, гасят его, как если бы тушили огонь мокрой тканью. Я вижу их под кожей, в мышцах, особенно вокруг диафрагмы, и в желудке. Они словно пожирают малышку изнутри.

Ребёнок слабее взрослого, её силы тают на глазах. Даже дыхание ей даётся с трудом, потому что нити вокруг лёгких едва светятся. Ещё немного, и всё погаснет… Меня кроет волной отчаяния и решимости. Нет уж, такого я не допущу!

Я направляю свет своей магии внутрь, разыскивая тёмных "насекомых". Один за другим заставляю их отрываться от нитей, скручиваться в маленькие чёрные точки. Точки цепляются, сопротивляются, высасывая из меня силы, но потихоньку все-таки скапливаются в одном месте, вокруг её желудка. Это хорошо. Там я смогу их разрушить.

Концентрирую магию, создаю маленький шарик света между ладонями. Он пульсирует мерцанием, которое разгорается все ярче, пока не становится ослепительным. И этим вот светом я, как учила Милания, резко ударяю по тёмному сгустку.

Чёрные пятна вспыхивают, исчезают, как рой насекомых, попавших в огонь, заставляя меня с тревогой наблюдать за происходящим. Не перестаралась ли я? Правильно ли рассчитала силы с такой крохой?