Книга Принцесса Восточного Созвездия, страница 124 – Селина Катрин

— Да, сердце моё.

Через секунду меня схватили за локоть и выволокли на улицу. Здесь ярко пылал костёр, а над огнём тот самый Карим держал жутковатого вида приспособление с двумя огромными ручками и лезвиями. Щипцы для обрезания шипов у террасорок. Как только мужчины меня увидели, пьяно загалдели и обступили со всех сторон.

Янн Робер

Я очнулся от внезапной острой боли в икре и, прежде чем открыть глаза, машинально взмахнул хвостом, напарываясь шипом на что-то относительно твёрдое. Последовал пронзительный нечеловеческий визг, и боль отпустила. Точнее, именно боль в икре, потому что всё остальное тело ощущалось как будто не моё. Во рту царила раскалённая пустыня. В голове — космос с астероидной пылью. Мыслей не было совершенно, лишь обрывочное понимание: «Ситуация из рук вон паршивая».

Я распахнул веки и обнаружил, что одна храбрая клыкастая гиена размером со среднюю псину забралась в яму. Шерсть на её шее окрасилась в алый, она зло трясла головой, скулила и скалила зубы, с которых обильно текла красная слюна, но после удара боялась подойти ближе. Остальные сородичи, судя по звукам и бета-колебаниям, столпились сверху.

— Кис-кис, иди сюда. Я знаю, ты хочешь есть, — прохрипел я и протянул руку к зверю, приманивая.

Кто-то из её сородичей завыл сверху, и гиена наконец снова прыгнула ко мне, намереваясь вгрызться в ладонь. Я среагировал быстрее и на этот раз отсёк её голову целиком.

Вой сверху резко прекратился, меня окатило одновременно бета-колебаниями страха и голода.

— Прости, — коротко бросил я трупу. — Ты меня разбудила, а я поступил не очень вежливо.

После внезапной смерти сородича никто из стаи падальщиков, очевидно, не спешил спускаться в ловушку, а я же осмотрел отвесные стены ямы и грубо выматерился.

Гуляй мы с Шейной в песках, такую незаметную ловушку Гафуру было бы не выкопать, но вблизи скал подземного оазиса залегали настоящие пласты земли. И копали они явно тогда, когда мы купались под землёй. Несмотря на то что я старался сохранить в тайне функцию резонаторов, даже тут паладин своей дрянной чуйкой понял, что нужна именно ловушка, а не засада. Очевидно, люди прятались поодаль в скалах, ожидая моего фиаско, а твёрдая порода бета-колебаний не пропускает… Невезуха-непруха, помноженная на мою непозволительную расслабленность.

Какой же я всё-таки идиот! Как мог не почуять неладного?! И ключевой вопрос: где сейчас Шейна?

На небе молчаливо-осуждающе сверкали звёзды, коммуникатор показывал два часа ночи по местному времени, но именно мысли о Шейне заставили кровь кипеть, а тело — шевелиться.

Это было адски больно!

Первым делом я вынул болт из бока, вторым — снялся со вкопанных кольев и, кряхтя, словно кляча на издыхании, отполз в сторону. На алый след, как в дешёвых голофильмах ужасов, старался не обращать внимания. Рана в боку оказалась на удивление небольшой, по сравнению с предыдущей, когда Шейна всадила в меня собственные шипы, — вообще ерунда. Поэтому я напился той самой воды, которую брал для гравибайка, и кое-как перемотал ноги, располосовав рубашку на лоскуты.

Второй «радостной» новостью стало то, что вес от падения приняли всё же ноги. Почему радостной? Да потому что руки и торс остались целы, а чтобы выбраться отсюда, мне понадобится в первую очередь верхняя часть тела.