Книга Невеста с уликами. Дело о краже реликвии Дракона, страница 68 – Вивьен Ламур

Наши взгляды встречаются. В ее глазах нет жалости. Есть понимание. И что-то еще... что-то, от чего сжимается сердце, все еще заледеневшее от небытия.

Стражи, наконец опомнившись, окружают Призрака, вырывают у нее перстень, грубо скручивают руки. Тварь больше не сопротивляется. Она проиграла.

Но я почти не вижу ее. Все мое внимание приковано к Бриане. К той тишине, что повисла между нами. В ней все, что мы не решались сказать. Все, что оставалось скрытым под масками долга, подозрений и ярости.

Я не говорю, что люблю ее. Это слово сейчас кажется слишком маленьким, слишком простым для того урагана, что бушует у меня в груди.

Но я смотрю на нее. И в моем взгляде – все. Весь страх. Весь гнев. Все облегчение. И та немая, всепоглощающая потребность в том, чтобы она была жива. Чтобы она была здесь. С мной.

Все очевидно.

Глава 35

(рассказанная советником Валерьяном)

Воздух в казематах под Цитаделью отсырел за века, впитав в камень запахи отчаяния и металлический привкус крови. Здесь не бывает сквозняков, способных унести хоть частичку этого смрада. Он застаивается, густеет, становится почти осязаемым. Идеальная среда для того, чтобы разум начал разлагаться изнутри, подтачиваемый собственным страхом. Я вдыхаю эту смесь, и она лишь проясняет сознание. Здесь чужие кошмары — мое рабочее пространство.

Передо мной в двух смежных, тщательно изолированных камерах находятся наши трофеи. Лорд Торин Тенебор и женщина, известная как Призрак. Информация — это кровь, что течет по венам власти. Сейчас моя задача — вскрыть эти вены и собрать каждую каплю.

Я начинаю с женщины. Она сидит на голом каменном стуле в центре комнаты, но это лишь видимость свободы. Ее тонкие запястья свободны от пут, но каждый сантиметр пола вокруг кресла испещрен подавляющими рунами, что горят тусклым багровым светом. Воздух над ними колышется от жара, выжигающего любую попытку призвать магию. Связывать ее бесполезно; ее оружие — не физическая сила, но и его мы нейтрализовали. Пока. Ее пустые глаза смотрят в стену, игнорируя мою неподвижную фигуру в дверном проеме.

— Ритуал «Умолкания», — начинаю я без преамбулы, мой голос ровен и лишен эмоций, как поверхность пруда. — Искусство Хеллгримов. Вы не первая, кто им владеет. Но вы первая, кто осмелился применить его против самой сути Цитадели.

Она не шелохнулась. Я делаю шаг в камеру. Воздух холодеет.

— Вы проделали сложную работу. Проникли в самое сердце вражеской крепости. Действовали под прикрытием древнего закона. И все ради чего? Чтобы ваш патрон, Малахар Тенебор, мог наблюдать за провалом из комфортабельного поместья лорда Альрика.

Имя действует как щелчок бича. Ее веки чуть вздрагивают. Ошибка. Ничтожная, но я ее фиксирую.

— Он использует вас как расходный материал, — продолжаю я, медленно обходя ее по кругу. — Его брат – как болтливую ширму. Альрик – как приманку. Где в этой схеме ваше вознаграждение? Вечная жизнь в тени? Слава без имени?

— Ты ничего не понимаешь, писец, — ее голос скрипит. — Ты служишь силе. Мы возвращаем равновесие.

— Равновесие? — я останавливаюсь прямо перед ней. — Вы украли Клык Дракона. Не чтобы уничтожить, а чтобы спрятать. Чтобы «усыпить». Зачем хранить ключ, если не собираешься однажды его использовать?

Я наклоняюсь чуть ближе, понижая голос до интимного, почти дружеского шепота.