Книга Папа для особенной звёздочки, страница 49 – Селина Катрин

Водитель окинул их быстрым взглядом и поморщился.

— Не поеду, — буркнул он, внезапно блокируя двери салона изнутри. — С ребёнком после наркоза? Заблюёте мне весь салон, а кто платить за химчистку будет? Ищите другого лошка, а я полетел дальше.

— Это моя дочь, она после операции, — ответил Ксайрон. — Вы не имеете права не взять клиента. Разблокируйте двери.

— Ой, да мне плевать. — Хам махнул рукой, разворачивая флаер. — У меня, вон, детского кресла с собой, может, нет. — Он растянул губы в неприятной ухмылке. — Катитесь отсюда с вашими проблемами.

Двигатели взревели, и такси резко ушло в летнюю ночь. Ксайрон остался на крыльце клиники с не до конца отошедшей от наркоза малышкой на руках. Он медленно вдохнул, подавляя накатывающую злость. Никогда, будучи адмиралом Космического Флота, он не чувствовал себя настолько беспомощным. Как вообще женщины с этим справляются? Хорошо, что он сильный физически и пронесёт Элоди на руках столько, сколько потребуется.

Элоди слабо пошевелилась, уткнулась влажным лбом ему в грудь, и этого оказалось достаточно, чтобы всё остальное перестало иметь значение. Злость мгновенно рассосалась, оставляя место холодному разуму. Такси вызвать не получилось, ночью они ходят редко, значит, будет общественный транспорт.

Одной рукой он открыл в коммуникаторе навигатор и вбил адрес дома. Выходило, что вначале надо пройти до остановки и дождаться монорельса, потом пересесть на пригородную электричку, а там — ещё немного пешком до коттеджного посёлка. Что ж, ночь тёплая, даже ветра нет, он никуда не спешит, а Элоди сейчас нельзя засыпать.

— Ничего, справимся. Я тебя не брошу, — сказал он больше себе, чем ей.

Аккуратно прижимая девочку к груди, Ксайрон знал точно: ради неё он выдержит что угодно.

Домой они вернулись глубоко за полночь. Вымотанный физически и морально мужчина уложил девочку спать и только в этот момент вспомнил, что приглашал сына в гости на вечер. Поискал входящие сообщения и обнаружил следующее:

«Привет, пап! Тут внезапно я прошёл в четвертьфинал по гонкам, так что не смогу к тебе сегодня прийти, прости. Но обязательно забегу как-нибудь на неделе и познакомлюсь с сестрой. Надеюсь, ты никуда не улетишь за это время».

— Оболтус, — хмыкнул Ксайрон, перечитывая слова Ралдора.

Сегодня звёзды явно не сошлись, и дети точно не смогли бы познакомиться. Но, как говорится, любая траектория, ушедшая в сторону, нередко выводит к более безопасной орбите.

Иртайн на следующее утро после операции приехал в поместье Ксайрона вместе со старшим сыном и привёз вещи, в спешке оставленные адмиралом Элларианом. Он ещё раз принёс извинения, но Ксайрон лишь покачал головой. Как мужчина, десятилетиями занимавший руководящую должность в Космофлоте, он понимал, что если кого и винить, то самого себя.

Приезд старого приятеля оказался очень и очень своевременным, потому что помимо детской одежды там была корзина с ценнейшими каменными розами. Проснувшаяся малышка плакала и отчётливо давала понять, что голодна, а Ксайрон, ещё не успевший наладить новый режим питания, безуспешно пытался накормить ребёнка.

Неделя до перевязки промчалась быстро.

Ксайрон не отходил от Элоди и воспользовался этим временем, чтобы приучить её полностью к огурцу. Когда она захрустела целым куском нормального овоща, а не суккулентом с Террасоры, мужчина так обрадовался, что попробовал ввести новый продукт. Он смешал кашицу каменных роз с брокколи в пропорции пять к одному, но брокколи не пошли: малышка морщилась, замирала и упрямо отказывалась открывать рот. Кабачок тоже не понравился ни в каких дозах. Зато Элоди неожиданно распробовала рис.