Книга Папа для особенной звёздочки, страница 46 – Селина Катрин

Секундой позднее Ксайрон увидел кроху, кутающуюся в плед. Лицо малышки горело красным, крошечные бисерины пота выступили над губой, она выглядела закаменевшей, но мужчина был готов поклясться, что ей больно.

— Что случилось, Иртайн?! — воскликнул Ксайрон с порога, буквально подлетая к ребёнку.

— Да всего час назад… Я уже снял одежду и остудил, возможно, всё не так и серьёзно… — внезапно залепетал хозяин дома.

Не вслушиваясь в лепет, Ксайрон откинул плед с Элоди и… охнул.

На нежной коже проступали чёткие следы ожога: вся нога от бедра вниз до самой щиколотки была алой, местами уже с потемневшими багрово-коричневыми пятнами, кожа натянутая, воспалённая. Прежние раны, которые Ксайрон видел на Элоди, казались ерундой по сравнению вот с этим.

— Иртайн, ты с ума сошёл?! Почему девочка до сих пор не в больнице?

— Так, говорю ж, я штаны с неё снял и под ледяную воду поставил… Да ей вроде не очень больно.

Не очень больно?!

От этих слов у Ксайрона внутри что-то хрустнуло, как ломается о колено сухая ветка. Он стиснул зубы так, что челюсть заныла. За месяц он изучил Элоди до мельчайших оттенков: её молчание, её неподвижность, этот проклятый мятно-полынный флёр — всё это было не «не очень больно».

Это было очень.

Да, бета-колебания ощущались слабее, чем если бы ошпарилась цваргиня, но для малышки с Террасоры и это было самым сильным эмоциональным откликом, который он почувствовал за всё время знакомства.

Ксайрон даже не стал отвечать. Спорить сейчас значило терять драгоценные секунды, а каждая секунда жгла, как вид её кожи. Он подхватил Элоди на руки — прямо в этих дурацких тряпках, не думая о приличиях, прижал к себе и вынес на улицу.

Шварх, снова такси ждать! Надо купить личный флаер. Срочно!

Каждая минута промедления казалась жестоким предательством по отношению к ребёнку. Иртайн выбежал за Ксайроном на крыльцо.

— Послушай, Ксай, оно вышло случайно… — начал он оправдываться, пока адмирал Эллариан метался туда-сюда, как истребитель в астероидном поле без щитов. — Все дети знают, что красный цвет бачка — это горячая вода, синий — холодная. Элоди зачем-то открутила кипяток…

— Она с Террасоры, Иртайн! — не выдержав, сорвался на него Ксайрон. На этот раз, в отличие от конференц-зала, он даже не пытался казаться вежливым и интеллигентным. — Там нет пластика и нет никаких бачков! Там вся вода из колодцев и оазисов берётся, откуда ей знать?! Какого шварха девочка после сильнейшего ожога без реанимации целый час?!

— О-о-о… Ну я думал, что это несерьёзно, на моих-то всё зарастает…

— Твои — цварги, а это — человек! Понимаешь?! Че-ло-век! Где ты был? Где были твои сыновья? Иштар, которому уже пятнадцать, неужели не мог остановить Элоди?!

— Так я думал, что они все вместе играют, а девочка покусала мальчишек, и они обиделись… — попытался было объясняться Иртайн, а Ксайрон поймал себя на кровожадном желании свернуть шею бывшему сослуживцу.

Хорошо, что руки у него были заняты малышкой. Только подумать — и этому цваргу с такой безответственностью дали звание адмирала? Как, его швархову мать, это вообще могло случиться?!

Ксайрон чувствовал, что ещё немного, и из-за бредовых объяснений Иртайна ярость застелет ему глаза. К счастью, в этот момент во двор заехало такси. Иртайн засуетился, помогая усадить ребёнка в салон, но при этом избегая смотреть Ксайрону в глаза и явно не зная, куда деть руки.