Книга Папа для особенной звёздочки, страница 52 – Селина Катрин

Только подумать, ещё каких-то полвека назад на Цварге были запрещены разводы в чистокровных парах! Раса находилась на пороге вымирания, рождаемость была значительно ниже нормы, и Аппарат Управления Планетой считал, что единственный способ сохранить население — запретить разводы. Всё это осложнялось ещё и привязками цваргов, ведь известно, что глубоко привязавшийся цварг умрёт без бета-колебаний нужного источника.

К счастью, с тех пор многое изменилось, некоторые процедуры упразднились. А в частности значительно упростили процедуру расторжения брака, и она стала возможной даже по желанию одной из сторон, [10], а заявление теперь можно отослать через инфосеть.

Пальцы Ксайрона зависли над кнопкой отправки. Одно нажатие — и пути назад не будет. Не будет привычных «мы потом поговорим», не будет иллюзии, что всё можно отложить до следующего рейса. Он поймал себя на том, что дышит слишком медленно, будто перед выходом в открытый космос.

«Ты уже сделал выбор», — напомнил он себе, посмотрел в сторону Элоди и нажал подтверждение.

[10]Ранее на Цварге действовали иные законы. «Охота на эмиссара» — первый прецедент в истории планеты, когда разрешили развод по обоюдному согласию. «Генетика любви» — первый развод по желанию цваргини, «Принцесса восточного созвездия» — по желанию цварга.

Утром следующего дня Ксайрон привёз Элоди на перевязку.

Ему требовалось сделать массу всего: закупить продукты, слетать в автосалон, чтобы выбрать новый флаер, снять со счёта деньги на покупку, забрать собственную одежду из городской квартиры, купить новую для Элоди, — но каким-то образом уход за крохой съедал всё время, и на важные дела его не оставалось. Зато за прошедшие дни он смог вызвать электрика, который починил привод ворот и освещение у бокового входа, а также выкроил полтора часа, пока малышка спала, и сам разобрался с автоматом полива.

В клинике уже ждал знакомый док. Он тепло поздоровался с Ксайроном, присел перед Элоди, чтобы оказаться с ней на одном уровне, и осторожно взял за руку. Девочка нахмурилась, но не отдёрнула ладонь — лишь крепче сжала пальцы, набираясь храбрости, и позволила увести себя в смотровую.

Спустя примерно полчаса дверь кабинета открылась. Док вышел первым, коротко кивнул, подтверждая, что всё прошло штатно, и следом вынес Элоди — уже заново перевязанную, укутанную и слегка сонную.

— Кожа затягивается отлично, вы замечательно справились с указанием не мочить бинты. Приходите снова через неделю. Кстати, я взял на себя ответственность и переслал все имеющиеся документы по вашей дочери в Планетарную Лабораторию, а также объяснил ситуацию с ожогом. Они ответили, что у вас есть полгода, чтобы появиться у них.

Ксайрон рассеянно кивнул, принимая ребёнка. Элоди устроилась у него на руках привычно и доверчиво, и мужчина поймал себя на том, что только сейчас по-настоящему выдохнул.

— Спасибо, док… — Ксайрон сообразил, что уже второй раз этот цварг в белом халате помогает ему, а он так и не знает его имени. Бейджик тоже отсутствовал.

— Фалькорн, — представился мужчина.

— Спасибо огромное, господин Фалькорн. Не знаю, что бы делал без вас. Скажите, шрамов точно не будет? Она же девочка, для неё это важно.

— Не будет, не волнуйтесь.

Какое всё-таки счастье, что всё обошлось!