Книга Цена дыхания, страница 83 – Людмила Вовченко

Эмма замерла.

— Что?

— Мы не едем. Мы не бросаем дом. Мы не оставляем детей. Мы не играем в героинь из дешёвых романов.

— Но…

— Но, — перебила Амелия, — мы не сидим и не ждём.

Она подошла к столу, снова открыла книгу.

— Уоткинс — посредник. Значит, он работает не один.

— Конечно.

— Значит, есть цепочка.

— Да.

— Значит, есть люди в этом городе, которые его знают.

Эмма медленно кивнула.

— И?

— И мы их найдём.

— Как?

Амелия подняла на неё глаза.

— Через грязь.

— Мэм…

— Газеты. Бар. Прачечные. Те же женщины, которые приходили сюда. Слухи. Деньги. Давление.

— Давление?

— Эмма, — тихо сказала Амелия, — если мужчина зарабатывает на детях, он где-то этим хвастается. Или платит. Или пьёт. Или оставляет следы.

Эмма задумалась.

— Мы можем спросить…

— Мы не спрашиваем напрямую. Мы слушаем.

— Кого?

— Всех.

И тут обе замолчали.

Потому что одновременно подумали об одном.

— Газета, — сказала Эмма.

— Газета, — повторила Амелия.

— У Джейн есть этот… — Эмма щёлкнула пальцами. — Как его…

— Ухажёр, — сухо сказала Амелия.

— Да.

— Прекрасно. Значит, завтра Джейн будет работать больше обычного.

Эмма усмехнулась.

— Она обрадуется.

— Конечно. Особенно когда узнает, что это не про романтику.

— А если он откажется?

Амелия пожала плечами.

— Тогда он не тот человек, с которым стоит тратить время.

Пауза.

И вдруг Эмма тихо сказала:

— А если Рейвенор узнает?

Амелия замерла на секунду.

Потом медленно закрыла книгу.

— Узнает.

— И?

— Будет злиться.

— И?

— И, возможно, будет прав.

— И?

Амелия повернулась к ней.

— И я всё равно это сделаю.

Эмма улыбнулась.

Тихо.

С облегчением.

— Я так и думала.

— Это плохая новость.

— Для кого?

— Для всех.

Они стояли друг напротив друга.

Две женщины.

Одна — из другого времени, с чужой жизнью за плечами.

Другая — из этого мира, но уже не совсем из него.

И обе понимали:

они только что перешли ещё одну черту.

Утро было резким.

Без мягкого перехода.

С криком ребёнка.

С грохотом посуды.

С запахом кипящего молока.

С голосом Марты:

— Если вы ещё раз поставите грязную миску на чистую полку, я вас ею же и накормлю!

Смех Мэгги.

С кашлем где-то в глубине дома.

И с голосом Норы:

— Мэм.

Амелия уже была на ногах.

— Что?

— К вам.

— Кто?

— Доктор.

Амелия замерла.

— Уже?

— Да.

Конечно.

Потому что когда ты решаешь что-то сделать за спиной человека, он появляется раньше.

Закон подлости.

Вечный.

— Где он?

— В приёмной.

— Отлично.

Амелия быстро застегнула платье, провела рукой по волосам и вышла.

В приёмной Рейвенор стоял у окна.

На этот раз в дорожном плаще.

Мокром.

Значит, приехал не только что.

Ждал.

— Вы рано, — сказала она.

Он обернулся.

— Вы уже не удивляетесь.

— Я начинаю привыкать.

— Это плохо.

— Для кого?

— Для вас.

Она прошла внутрь.

— Что вы узнали?

Он не ответил сразу.

Смотрел на неё.

Внимательно.

Слишком.

— Вы не спали, — сказал он.

— Вы тоже.

— Я работал.

— Я тоже.

Пауза.

Он сделал шаг ближе.

— Уоткинс уехал.

— Куда?

— Рединг.

— Когда?

— Вчера.

Амелия сжала губы.

— Конечно.

— И ещё.

— Говорите.

— Он не один.

— Это мы уже знаем.

— У него есть покровитель.

— Это мы предполагали.

— Человек с именем.

— Это плохо.

— Очень.

Он смотрел на неё.

— Вы собирались поехать.

Это был не вопрос.

Амелия замерла.

На секунду.

Но этого хватило.

— Вы собирались поехать, — повторил он.