Книга Герцог для Дианы, страница 79 – Сабрина Джеффрис

— Теперь попробуйте сами, — предложила она ему.

— На самом деле в детстве я и правда так делал, — сказал он и попрыгал вперед-назад. — Просто не знал, как это называется.

— Чудесно! Теперь мы возьмемся за руки и попрыгаем вместе.

Все получилось отлично. Поэтому она дополнила прыжки приставными шагами, чтобы получилось па шассе. Заставила его повторить несколько раз. Диана практически видела, как он своими инженерными мозгами анализирует ее движения и примеряет на себя.

Она была права насчет его способности изящно держать равновесие, уж не говоря о ловкости. Герцог определенно не был слоном ни в коей мере, разве что не до конца осознавал свою силу или даже собственный вес. Если бы он вдруг наступил ей на ногу, то наверняка бы сломал ее.

Поэтому требовалось просто-напросто проследить за тем, чтобы этого не случилось.

Музыка в гостиной поменялась, значит, сменился и танец. Надо было возвращаться, просто на тот случай, если вдруг кто-нибудь заметит, что они отсутствуют оба, но Диана не предложила ему этого. Он тоже молчал.

Затем наступил момент, когда она попыталась научить его, как держать их соединенные правые руки над головами и одновременно медленно поворачиваться. Как-то так получилось, что они покачнулись во время поворота.

Кто-то начал поцелуй первым. Наверное, он. Позже Диана не могла сказать, как так получилось. То ли виной всему был лунный свет, то ли близость, то ли аромат жасмина в воздухе. Она знала только, что, когда он поцеловал ее, это показалось ей абсолютно естественным.

В этот раз она не удивилась, когда язык Джеффри скользнул между ее губами вперед и назад так же, как они двигались в танце. С безоглядной страстностью она отдалась этому интимному поцелую. И уже скоро они замерли на месте, движения ног сменились движениями рук, голов и губ. Они полностью сосредоточились на охватившем их возбуждении.

Он целовался восхитительно. К изумлению Дианы, Джеффри прижал ее спиной к низкой стене, которая огораживала террасу, потом, не прекращая целовать, поднял и усадил на нее. Диана раньше думала, что представляла себе, как это будет прекрасно — ощущать себя рядом с мужчиной и делить с ним такие сокровенные моменты… Но нет! Только с ним! Это он вызвал в ней желание… И томление… И жар в крови. Целый день они избегали этого момента, и сейчас, когда наконец целовались, все воспринималось как нечто невероятное. Ей нравилось, что они были… Они наконец смогли…

Небесные силы, помогите ей! Диане еще не доводилось целоваться вот так. Неторопливые движения его языка. Вкус портвейна у него на губах. Его особый запах — бергамота и мускуса. То, как он заставлял ее почувствовать себя… женщиной, раз за разом впиваясь в ее губы.

Когда его поцелуи стали более требовательными, более неистовыми, Джеффри взял ее лицо в руки, соблазняя сделать то же самое. Затем погладил своими большими ладонями плечи Дианы, прочертил дорожку поцелуев от ее губ по шее к ключице и уткнулся носом ей в декольте.

— О-о-о да! — прошептала Диана, когда он губами провел по краю выреза на ее груди. Она жаждала его прикосновений, жаждала, чтобы он ласкал ей груди, целовал, мял их так, как ей представлялось в мечтах. — Коснись меня, — сказала она и застыла, сообразив, что произнесла это вслух, а не мысленно.