Книга Развод. Я (не) буду твоей, страница 45 – Наталья Ван

— Это нереально, — вырывается у меня вслух, и я сам вздрагиваю от звука своего голоса.

Карина сидит, прижавшись лбом к холодному стеклу. Она не отвечает. Она в своём аду.

Мы приезжаем. Безликое здание, та же парковка. Мы входим и холл, наполненный запахом антисептика. Он тут же бьёт в нос, напоминая о нашей беспомощности.

Мы подходим к стойке. Улыбка, девушки за ней, как на подбор. Такая же официальная, безликая и совершенно неуместная в нашей ситуации.

— Добрый день. Нам нужна консультация.

— По какому вопросу?

— Мы хотели бы поговорить с медсестрой, которая работала здесь сегодня днем. Примерно с двенадцати до трех, — уверенно говорю я.

— Светловолосая, в очках, — добавляет Карина, и я вижу, как ее руки начинают дрожать от волнения. Осторожно касаюсь ее свободной руки. Она вздрагивает, но руки не отнимает.

— Простите, но ваша просьба довольно странная. Она сделала что-то не так? У вас есть жалоба на ее работу?

— Нет. Дело не в этом. Это личное.

— В таком случае, я не могу разглашать информацию о сотрудниках, — ее улыбка становится напряженной.

— А если это все же претензии к ее работе? — предпринимаю еще одну попытку.

— В таком случае я могу предоставить вам книгу жалоб, и вы можете все записать. Наше руководство ознакомится с претензией и известит вас о своем решении.

— Я вас понял, но это очень важно. Это семейное дело.

— Без письменного запроса от правоохранительных органов или суда я не могу вам помочь. Правила есть правила.

Она не грубит. Она просто выстраивает между нами бетонную стену. Мы никто. Нас тут не ждали. Нас любезно посылают, и это даже не личное, это система.

Я чувствую, как по спине пробегает волна бессильной ярости. Я мог бы нажать, пригрозить, но это бессмысленно. Они защищены.

— Пойдём, — тихо говорит Карина, касаясь моего локтя.

Мы выходим на улицу. Вечерний воздух свеж, но не приносит облегчения. Внутри ощущение полного провала. Мы оба понимаем, что наткнулись на тупик.

— Всё нормализуется, — говорю я, обнимая её за плечи. Голос звучит фальшиво даже в моих ушах. — Мы её найдём. Через другие каналы. Через знакомых.

— А если… если мне просто показалось? — она поднимает на меня глаза, полные сомнения и надежды. Надежды на то, что она ошиблась. Что эта медсестра всего лишь её больное воображение. — Может, я себе всё напридумывала? Медсестра просто устала, а я…

— Верь себе, Карина, — перебиваю я её, заставляя себя говорить твёрдо. — Верь своим ощущениям. Мы не зря проделали этот путь.

В этот момент боковая дверь клиники открывается, и оттуда выходит она. Та самая медсестра. В обычной куртке, с сумкой через плечо. Светловолосая, в очках. Я понимаю это сразу. По тому, как напряглась Карина. По ее взгляду. Она замечает нас, и её лицо сразу меняется. На нем мелькает паника. Она резко разворачивается, чтобы уйти в другую сторону.

— Подождите! — мой голос звучит громче, чем я планировал. Я делаю несколько быстрых шагов, перегораживая ей путь. — Пожалуйста, одну минуту.

— Я не могу с вами разговаривать, — она бормочет, отводя взгляд.

— Врачебная тайна, этика, я знаю, — говорю я, пытаясь сохранять спокойствие. — Но вы понимаете, что меня это тоже касается? Моя жизнь разрушена из-за… из-за того, что мы пытаемся выяснить. Она вам заплатила? Сколько? Я могу дать больше.