Книга Малая, я тебя испорчу, страница 239 – Настя Мирная

— Тётя, – шепчет она, вставая. – Я поговорю и вернусь.

Ловлю её за талию и даю понять, что без поцелуя не отпущу. Как только получаю его, отпускаю и наблюдаю, как направляется в сторону туалетов.

— Она за эту неделю чуть с ума не сошла, – роняет Камилла, поглядывая туда же.

— Знаю. Я тоже, – проговариваю задумчиво и сразу перехожу к делу. – Слушай, Ками, я хочу снять Светке квартиру, чтобы съехала с этой шарашкиной общажки, могла нормально учиться и спать. Но она отказывается.

— Дай угадаю, – заламывает бровь, сложив руки на груди. – Не хочет одну меня оставлять?

— Именно.

— Хочешь, чтобы я её уговорила?

Отвлекаемся на принёсшую напитки официантку. Делаю глоток колы и смотрю чётко в практически чёрные глаза.

— Нет. Я хочу, чтобы ты переехала вместе с ней. Оплачивать ничего не надо, я всё сделаю.

— Но-о-о… – тянет она с подозрением.

— Но я буду приезжать по выходным. Сама понимаешь. Было бы неплохо, если бы ты очень громко слушала музыку в наушниках или кино смотрела.

— Понятно, почему ты не завёл этот разговор при Святоше, – смеётся, тряхнув чёрными кудрями. – Только не люблю я мешаться. Не хочу, чтобы вы трусы натягивали, когда в душ бегаете.

— Это отказ? – уточняю, чувствуя, как поднимается раздражение.

— Это значит, что выходные я буду проводить в общаге, – подмигивает заговорщически, откидываясь на спинку диванчика. – И не парься, со Светкой договорюсь.

— Отлично, – ухмыляюсь довольно, наблюдая, как к нам возвращается ничего не подозревающая Принцесса.

— Приве-е-ет! – визжу, бросаясь в надушенные тётины объятия.

Крепко обнимаю её исхудавшее, но уже не такое тщедушное тело и прижимаю к себе.

Боже мой, словами не передать, как сильно я по ней скучала. Да, мы каждый день созванивались, но эти недели до зимних каникул тянулись бесконечно-долго. Точнее, только будни. В то время как выходные пролетали как один миг.

Никита вступил с Камиллой в сговор, и вдвоём они проломили моё сопротивление, уговорив перебраться в уютную двушку в десяти минутах ходьбы от академии. Правда, мне каждый раз не по себе, когда по пятницам после учёбы Ками собирает сумку и уезжает на выходные в общежитие, чтобы «не мешать нам нагонять упущенную неделю». А навёрстываем мы так, что не всегда выбираемся из дома хотя бы в воскресенье. Первые недели я рвалась выйти в люди, а потом поняла, что хочу проводить это время только вдвоём. Баловать своего рыцаря домашней едой, остатки которой он всегда увозит с собой в Петрозаводск.

Он всё ещё приучает меня к себе. Учит не робеть, когда страсть уступает место тишине. Не даёт прятаться под одеялом или пытаться прикрыть его срам. Заставляет ходить голышом или в купленном им откровенном белье. Но, спасибо ему, щадит мою стыдливость, не вынуждая надевать кожаные комплекты или полностью прозрачные лоскутки ткани.

Я научилась принимать его подарки и заботу. Бывает, конечно, не по кайфу, когда думаю, сколько он вкладывает в аренду квартиры и коммуналку, но мои попытки договориться оплачивать хотя бы часть пресеклись на корню в достаточно жёсткой форме, чтобы я почувствовала себя маленьким несмышлёнышем, пытающимся залезть во взрослые дела. Никита потом извинялся, объяснял, что для него это ничего не стоит и он хочет сделать для меня всё, но согласен хоть на такую мелочь. Вкратце — мы учимся быть настоящей парой, слышать друг друга и подстраивать привычки под предпочтения второй половинки.