Книга Малая, я тебя испорчу, страница 1 – Настя Мирная

— Света, ты должна пойти со мной, – не успеваю возразить, как Ленка уже ныряет в мой шкаф, перебирая немногочисленные платья в достаточно скромном гардеробе. – Это же байкерская тусовка! Там будет много парней! Байкеров, Свет! – припечатывает, словно божественный приказ озвучивает. Выглянув из-за дверцы шкафа, мечтательно вздыхает. – Это тебе не наши тупорылые сопливчики-одноклассники. Взрослые. Крутые. Богатые парни. На мотоциклах, Светик!

Не дожидаясь ответа, скрывается в шкафу, продолжая выкидывать оттуда забракованную одежду. Не делая попыток остановить ураган Елену, подбираю с пола вещи и аккуратно складываю их на кровати. Делаю пару глотков воды, слушая бесконечную болтовню подруги.

Мы обе из самых обычных семей. А если говорить правду — из бедных. Она старшая дочка в многодетной семье. Помимо Ленки, у её родителей ещё шестеро детей. А я — сирота, которую воспитывает тётя с диабетом. Работает она уборщицей в торговом центре и санитаркой в больнице. На лекарства уходит очень много денег, но она всё равно не отказалась от меня, когда погибли родители. Пожар унёс их жизни семь лет назад. А мне на память оставил спину, покрытую уродливыми шрамами, и сильнейшую боязнь огня — пирофобию.

Я стараюсь не вспоминать тот день и всё, что было после. Меня не было на похоронах родителей из-за того, что врачи старались спасти мою кожу. Помню, как в больницу пришла женщина из органов опеки и сказала, что, как только меня полностью вылечат, сразу определят в детский дом. Помню, как плакала тётя, умоляя не забирать племянницу даже на время. Как кричала, что уже собирает документы. И очень хорошо помню интернат. Издевательства детей из-за моего уродства. Там невозможно было спрятать обгоревшую спину — общие спальни, душевые. Они смеялись. Тыкали в меня пальцами. Называли Фредди Крюгером. Мне было всего десять лет. Я была сломлена смертью родителей. Боль не отпускала даже во сне. Я провела там два месяца, но до сих пор с ужасом вспоминаю каждый прожитый в кошмаре день.

У тёти нет ни мужа, ни детей. Всю свою любовь она посвятила мне. За семь лет она купила себе всего девять вещей. Девять! Новые джинсы, потому что старые протёрлись. Пуховик, шапку, шлёпанцы. Она сделала для меня слишком многое, ущемляя себя во всём. Бывали дни, когда притаскивала один из самых дорогих десертов из кафе и говорила, что свою порцию она уже съела. Только со временем я начала понимать, что никогда ничего она не ела. Так же и с одеждой: «У меня всё есть. Куда мне, старой, новые тряпки покупать? А ты растёшь. Ходишь в школу. У тебя выпускной на носу. Ты должна там блистать».

У меня в шкафу висит платье за двенадцать тысяч — вся зарплата тёти за месяц, которое надену всего один раз. Я старалась выбрать что-то подешевле, отлично осознавая нашу финансовую ситуацию, но не могла оторвать взгляда от шифонового облака лавандового цвета. Платье всё в переливающихся камушках, с красивым V-образным вырезом и широкой юбкой, под которую для пышности надевается подъюбник. А ещё оно — трансформер. Вся эта воздушная красота отстёгивается, превращая королевский наряд в «а-ля шлюшка с трассы». Рукава, прикрывающие плечи, тоже снимаются, а под ними тонюсенькие бретельки, дополняющие образ продажной девицы.