Книга Малая, я тебя испорчу, страница 112 – Настя Мирная

— Ник… – сипит, уставившись на меня расширенными зрачками и не моргая.

— У нас десять минут. Иди ко мне.

Расставляю ноги шире и перетягиваю Малую к себе. Усаживаю на бедро и курсирую губами по шее, за ушком. Она сводит ноги, я мягко поглаживаю их, пробираясь под платье. Улавливаю всё: как часто Принцесса задышала, стоило лизнуть кожу на шее; как вздрогнула, когда погладил пальцами внутреннюю сторону бедра; как перестала сжиматься, когда прикусил мочку.

— Не закрывайся. Мы уже делали это, – хриплю, не отлипая от ароматной кожи на шее.

— Ночью… В машине… А тут…

— Ты сказала, что доверяешь мне. Доверься и сейчас. Раздвинь ножки. Давай, маленькая, откройся.

— Зачем ты это делаешь? – дёргает за волосы назад.

Несмотря на возмущение и ощутимую панику, глаза у неё уже захмелевшие, а возбуждение ударяет в нос пряным запахом.

— Хочу немного тебя испортить. Ты настолько сексуальная, что не могу удержаться. Ну же, красота, позволь мне сделать тебе очень хорошо.

Смежает веки, и я чувствую, как медленно тает её сопротивление. Перестаёт так сильно стискивать ноги, давая мне возможность добраться до трусиков. Поглаживаю пальцем сквозь ткань. С каждым моим движением, лёгким нажимом, влаги становится больше. Бельё промокает. Её дыхание сбивается. Света вгоняет ногти в мои плечи, откидываясь назад. Впиваюсь в её шею, одновременно запуская пальцы под резинку. Глажу половые губки и раскрываю её. Пара лёгких касаний, и быстро, но плавно ввожу в неё два пальца. Тело в моих руках вмиг каменеет. Глаза распахиваются, а на губах застывает крик.

Мысленно качаю головой и улыбаюсь — совсем маленькая, неопытная и пугливая.

На деле же с силой давлю на затылок, наклоняя к себе. Провожу губами по губам и выбиваю:

— Света, всё хорошо. Рано или поздно мы зайдём ещё дальше. Ты должна привыкнуть ко мне, помнишь?

— Помню, – выдыхает с дрожью.

— Умничка. Я очень аккуратно. Попробуй не напрягаться. Если вдруг будет больно, скажешь, и я остановлюсь. Договорились?

Кивает, и я медленно толкаюсь глубже, постепенно растягивая тугое, пульсирующее, горячее и мокрое лоно. Течёт она ещё как, но натянута, как струна, готовая вот-вот лопнуть.

Двигаю в ней пальцами, большим вырисовывая круги на клиторе. Зацеловываю шею, пытаясь её расслабить и немного отвлечь. Её тело откликается, мышцы становятся мягче, плоть податливее.

Понимаю, что времени у нас в обрез, поэтому ускоряюсь, стараясь не представлять, как она сейчас так же сжимает тисками мой член, как скачет верхом, откинув голову назад и выставляя вперёд маленькую, но соблазнительную грудь.

Света дрожит всё сильнее. Внутренние пульсации, бьющие в пальцы, становятся чаще и более явными, пока не перерастают в частые содрогания, а я не глушу её громкий оргазменный стон языком. Продлеваю наслаждение, продолжая водить по клитору и целовать её глубоко и алчно. Даже исцарапанные плечи не доставляют дискомфорта.

— Вот так, красота. Ты умничка. И ты прекрасна, когда кончаешь, – сиплю, едва стихает последний спазм.

Не только её лицо и ушки приобретают насыщенный пунцовый оттенок, но даже шея и открытые плечи. Грудь, наверное, тоже. Жаль, что я её не вижу.

— Ты ужасный, Ник, – шуршит, ёрзая на мне, но не рискуя убрать руку, пальцы которой всё ещё продолжают поглаживать изнутри шелковистую поверхность.