Книга Горячий черный чай. Том 1, страница 28 – Ппан Ким

Услышав сигнал, сообщавший о скором прибытии автобуса, я встала со скамейки. И начала рыться в карманах, думая, что мне нужно оказаться в салоне и занять место раньше Им Согёна.

— Но кому ты уже успел насолить?

Я повернула голову и отвела взгляд от дороги.

— Я видел ребят, у которых крали велосипедные сиденья, но ты первый, у кого сперли обувь.

— А, ну…

Им Согён взял свой рюкзак и встал рядом со мной.

— Кто это?

Тут он заметил мой растрепанный вид. Я просто моргнула, ничего не ответив, и Им Согён без всякого выражения спросил снова:

— Ты не знаешь, кто тебя обокрал?

Будь моя воля, и я бы заорала: «Кан Ынхо! Этот придурок украл мою обувь и мой рюкзак! Иди и убей его!» Но я чувствовала, что стоит мне это сделать, и ситуация совсем выйдет из-под контроля.

К тому же, если Им Согён решит предъявить Кан Ынхо за то, что тот украл рюкзак у новенького, Кан Ынхо снова придет ко мне с наездами. От одной мысли об этом становилось тоскливо. Во многих отношениях безопаснее будет вести себя как можно тише.

— Угу. Если бы я знал, я бы давно заявил об этом в полицию и заставил негодяя понести наказание.

Им Согён пристально посмотрел на меня, а затем повернул голову.

— Ну, будем считать, что это правда.

Его слова прозвучали так, словно в следующий раз он не собирался так просто сдаваться, поэтому моя голова сама собой наклонилась еще ниже.

* * *

Я сидела на корточках в ванной и руками стирала свою школьную форму. Нанеся на рубашку хозяйственное мыло, я начала с силой ее тереть. От холодной воды руки покраснели и замерзли. Мыльные струи стекали вниз и уходили в канализацию, образуя водоворот.

Я крепко скрутила рубашку, как следует отжала ее, а затем развернула и с силой встряхнула. Капли воды разлетелись во все четыре стороны. Чтобы в рубашке осталось как можно меньше влаги, я стала безжалостно трясти ее, словно сама превратилась в центрифугу.

Затем развесила выстиранную форму на сушилке и улеглась на пол.

Бросив школу, я продала свой школьный рюкзак в комиссионку. Теперь у меня остались только большой чемодан, который я использовала во время переездов, маленькая сумка-почтальонка средней ценовой категории, которую директор «Местечка Тхаксу» купил для меня во время одного из своих путешествий, и сумка-шоппер, с которой я ходила в повседневной жизни.

— Ну, и с чем мне завтра идти в школу?

Я посмотрела на потолок, но он был темным, словно его заволокли черные тучи. И тут внезапно на нем возник образ Им Согёна. Сцена, как я сижу на автобусной остановке с печальным видом, а он возвращается в класс за сланцами.

— Похоже, он хороший парень, раз так заботится об однокласснике.

Но если вспомнить, как он вел себя в туалете и на крыше, вряд ли можно так сказать.

— Им Согён.

Рассеянно уставившись в потолок, я думала о таинственном парне, чьих поступков совершенно не понимала.

На следующее утро.

Я надела кеды Converse и накинула на плечо шоппер. Еще одного рюкзака у меня не было, поэтому пришлось остановиться на этой сумке. Не могу же я пойти в школу с чемоданом.

Теперь от Хон Чхаёна у меня осталась только школьная форма. Его мать дала мне конверт с деньгами для повседневных расходов, но я сразу же сунула его в ящик стола, поскольку не собиралась тратить эти деньги. Почему-то меня не покидало ощущение, что мне не следует прикасаться к этому конверту, пока все не закончится.