Книга Ищу маму себе и папе, страница 55 – Мари Дион, Вильда Кранц

Но в то же время я понимаю, что если он и зтился, то не вымещает это на меня. Ни крика, ни грубого слова. Просто ушёл и закрылся.

И это такой жирный-жирный плюс ему засчитывается. Умение сдерживаться.

Потому что я знаю, как бывает, когда мужчина не умеет держать себя.

Знаю до тошноты.

До запаха перегара, который словно въелся в кожу. До вкуса крови на губе, когда он разбил мне рот. До синяков на запястьях. Пять пальцев, чётко, как клеймо.

До боли в рёбрах, когда он пинал, а я свернулась на полу сарая, и солома колола щёки. До крика в голове беги, который заглушал даже собственное дыхание.

Помню, как председатель хватал за волосы и тянул к себе так, что казалось, сейчас вырвет скальп. Как его пальцы впивались в горло, как ногти оставляли полумесяцы на шее.

Как он мерзко шептал гадости, а я задыхалась, и в глазах плыли красные круги.

А Максим — сдержался.

И от этого внутри всё переворачивается. Страх, который живёт во мне с восемнадцати лет, вдруг натыкается на что-то твёрдое, не опасное. На стену, за которой можно спрятаться.

Отмираю и иду в ванную.

Горячая вода смывает весь этот день. Стою под струями, пока кожа не становится розовой.

Вытираюсь, надеваю пижаму. Короткие шортики и топ на тонких бретельках. Простыни прохладные, пахнут стиральным порошком и свежестью. В этом доме приятный запах, пропитанный парфюмом Максима. И от этого кажется что он рядом.

Лёжа в кровати не могу уснуть. В голове прокручиваются события дня.

Проведённый день с Варей. Моё солнышко.

Утром такая сонная была, так и хотелось затискать.

Понимаю, что уже всем сердцем люблю эту малышку. Сердце каждый раз замирает, когда Варя меня обнимает или смотрит доверчивым взглядом.

Я готова отдать всё, лишь бы она была счастлива.

Потом вспоминаю магазин. Кольца.

Как Максим просто взял и надел мне его на палец. Я упиралась, а он раз, и всё.

Получается, лучше не противиться Максиму, когда он что-то там решил купить. Иначе потом…

Ой, лучше не вспоминать. Слишком горячий момент это был. Уже тогда я в тайне хотела, чтобы он поцеловал. Только даже сама себе в этом признаться боялась.

Нельзя чтобы девушки первые проявляли инициативу.

Дальше Света.

Помню, как мы познакомились. Первый день в общаге. Я сидела на кровати и ревела.

Она зашла, бросила свой рюкзак, села рядом и молча обняла. Просто обняла. Потом принесла чай с мёдом, сказала "Я Света. Теперь мы вдвоём против всего мира".

Мы делили одну комнату три года. Одну зубную пасту. Одни слёзы, когда я рассказывала про председателя, а она гладила меня по голове.

Мне казалось что я нашла подругу.

А сегодня её странная переписка, резкое иди. И мажор, который как будто знал что я должна выйти. Он ждал именно меня.

От догадки резко сажусь на попу. Света. Она рассказала мажору!

Внутри всё холодеет. Такое предательство, как нож в спину. Медленно входит, поворачивается, вынимается. И остаётся дыра.

Вот почему люди такие подлые? Неужели им самим потом от себя не противно?

Ложусь обратно.

Бог им судья. А я пойду по жизни дальше, оставляя эту грязь и подлость позади. Раз Свете так нравится, пусть и варится сама во всём этом.

Мысли снова возвращаются к Максиму.

Как он шёл на меня после драки. Как ураган. Как налетел, поцеловал. Жёстко. Вкусно. До дрожи в коленках. До мурашек по всему телу.