Книга Гром в моем сердце, страница 39 – Юлия Четвергова

— Прости.

Я даже теряюсь на мгновение.

Последнее, чего я ожидала, — услышать нечто подобное от Грома. Не в его характере вот так просто извиняться.

— Что? — переспрашиваю, сводя брови на переносице. — Ты что-то сказал?

Мне послышалось.

Точно послышалось!

Парень воспринимает мой вопрос как издевку. Закатывает глаза. Цокает. И подходит ближе. Но серьезное выражение на его лице не меняется.

— Вообще-то… — Он замолкает и набирает полную грудь воздуха, прежде чем продолжить. Его малахитовые глаза, как и мои недавно, ищут, за что бы зацепиться. Избегают моего лица. — Вообще-то, на самом деле я пришел сюда не для того, чтобы обсуждать Лолу. Я пришел извиниться. Но у тебя было такое пофигистичное лицо, что я взбесился и сказал то, что не планировал.

Олег неловко трет бритый затылок ладонью. Меня же настораживают его слова.

Почему-то я не верю ему.

Или не хочу верить…

— Я не планировал втягивать тебя в наши разборки, — предпринимает очередную попытку убедить меня.

В ответ я лишь пренебрежительно фыркаю:

— Да конечно.

— Это правда! — горячо восклицает мажор, хватая меня за плечо. — Я. Не. Хотел. Тебя. Втягивать, — чеканит он. — Моя месть зашла слишком далеко… И вчера я… Ай! — Он машет рукой, видя мой иронично-скептический взгляд.

Гром выпрямляется, убирает руку с моего плеча, но оно все равно пылает, словно его ладонь все еще там. Я закусываю губу, стараясь совладать с неуместной реакцией.

Да что со мной происходит?

— Я импульсивен, ты же знаешь. Сначала делаю, а потом думаю. Вот как сейчас: пришел извиниться, а в итоге набросился на тебя со своими никому не нужными предостережениями. — Он устало трет веки двумя пальцами. — Так же и вчера. Я лишь хотел продемонстрировать Лоле тотальный игнор и пренебрежение, а в итоге…

Что-то плещется на дне его глаз, напоминающих два изумруда. И это что-то сильно пугает меня. Заставляет отойти от Грома, шагнув назад. Мокрая одежда почти высохла, но это уже неважно, ведь меня бросает в жар, а сердце трепещет так, будто я готовлюсь с разбега прыгнуть в пропасть.

— Уже неважно, — перебиваю его, не желая слышать то, что он собирался сказать. — Мне пора.

— Ника? — На его лице застывает смятение.

— Я все равно тебе не верю, — припечатываю, отмахиваясь от него и от его слов, как от чего-то незначительного. А нечто, похожее на страх, продолжает топить меня. Подчиняет. — Ты сам только что заливался соловьем, утверждая, что такие люди, как ты или Лола, — эгоисты, которые идут по головам ради собственной выгоды. Так что можешь не стараться. Ты просто лжец, Гром. Вы с Лолой стоите друг друга, но пора бы уже это все прекратить. И если ты действительно не желаешь мне зла, то сделай одолжение и больше не появляйся в нашей жизни.

— Ника…

— Так будет лучше для всех. И для вас в том числе.

Не прощаясь, я ухожу. Оставляю парня наедине с тонким серпом луны, зависшей посреди небосвода, и разволновавшимся морем. Но в глубине души понимаю, что бегу не от него, а от самой себя. И от тех чувств, которые Гром во мне пробуждает.

Возвращаясь домой, молюсь, чтобы все отдыхали. К еще одному серьезному разговору я не готова.

В этот раз Вселенная не только слышит меня, но и исполняет мои прихоти. Старенький дом погружен в сон, даже ночники не горят в окнах. Я крадусь в свою спальню, тихонько прикрываю за собой дверь и прислоняюсь к ней спиной.