Книга Гром в моем сердце, страница 42 – Юлия Четвергова

На этом — все! Остальное — их дело и меня абсолютно не касается.

— Забыли, — сухо произношу я и улыбаюсь, чтобы закрепить эффект. — Все, я ушла. — Машу ей, выходя из кухни и оставляя сестру наедине с мыслями о подработке.

Как бы мама там ни считала, но Лоле будет полезно немного поработать. Хотя бы до конца лета. Только на практике можно узнать цену труду и деньгам, которые не так легко заработать… и так легко потратить.

Утреннее солнце не щадит кожу, жарит ее не хуже, чем наш повар омлет на завтрак. И уже на половине пути я жалею, что не накинула сверху какую-нибудь рубашку с длинным рукавом.

Ветви-косы, свисающие вдоль соседского забора у обочины, манят, и я с облегчением ныряю в спасительное укрытие. Остановившись в тени раскидистой ивы, роюсь в рюкзаке, но солнцезащитный крем в нем не обнаруживается.

Черт! Неужели выложила?

Плечи страдальчески ноют, как бы говоря, что еще половину пути под палящим солнцем они не выдержат. Но в округе нет ни одного даже самого захудалого магазинчика, чтобы купить крем. А возвращаться домой сейчас — значит опоздать на работу.

Выбора нет. Как и облаков на небе. Придется идти и страдать. А после смены — пить таблетку от жара.

Вот только у Ивана Купалы сегодня на меня были другие планы. Он решил сжалиться над рыжей девчонкой, прислав за ней рыцаря на железном коне.

Рыцаря, который рычит выхлопной трубой на всю округу так, что каждая вторая занавеска в окнах стареньких домов шевелится.

Черный лоснящийся байк тормозит рядом. Наездник упирается ногами в землю, не слезая с «коня», и снимает шлем. Окидывает меня, ютящуюся в тени дерева, удивленным взглядом, словно не ожидал здесь увидеть.

— Веснушка? Ты что тут делаешь?

— Только не делай вид, будто не знаешь, что я работаю в кафе неподалеку. — Я закатываю глаза и зачем-то быстрым шагом покидаю гостеприимные объятия раскидистой ивы, оставляя Грома за спиной.

Мотоцикл издает ревущие звуки, подчиняясь газующему парню, и за пару он секунд настигает меня, ровняясь.

— Ты сегодня тоже работаешь? — Парень надел шлем обратно, поэтому я не могу видеть его лица. И не могу прочитать эмоции, с которыми он это произнес.

— Угу, — бурчу, всем видом демонстрируя неистовое желание избавиться от его навязчивого внимания.

— Так у тебя же вчера была смена. Решила на работе загнуться или что? — доносится гулкий бас из-под шлема.

— Слушай. — Я резко торможу и заглядываю в приоткрытый визор, откуда выглядывают по-кошачьи зеленые глаза. Недовольные и прищуренные. — Езжай по своим делам. Мы больше не друзья, поэтому моя жизнь тебя не касается.

— Еще как касается.

— С какого перепуга? — шиплю я.

— С такого, что ты мне нравишься, Веснушка, — припечатывает парень, выбивая у меня почву из-под ног. — Поэтому я от тебя не отстану, даже не надейся. А еще советую привыкать к моему обществу. Теперь мы будем видеться о-очень часто.

Я резко останавливаюсь. Парень проезжает по инерции вперед, а когда понимает, что я продолжаю стоять на месте, неспешно сдает назад. Равняется со мной и ждет реакции.

Около минуты ничего не происходит, а потом меня кроет:

— Опять эти твои приколы? Это не смешно, знаешь ли!

— А разве похоже, что я смеюсь? — Олег сверкает взглядом из-под визора, окончательно вводя меня в ступор. Пока я пребываю в полнейшем шоке, добавляет: — Садись, довезу. Нам по пути. — И кивает на свободное место позади себя.