Книга Гром в моем сердце, страница 105 – Юлия Четвергова

Олег раздраженно перекатывает мышцами плеч. Шумно и резко выдыхает. С рыком. Недовольно.

— Ника, ты играешь с огнем, — рокочуще произносит он и принимается наворачивать круги по краю бассейна.

— Ты должен был спать, — отплываю подальше от него.

— А ты должна была лежать рядом, а не плавать ночью одна. Тут, между прочим, волки водятся.

Я бросаю настороженный взгляд в сторону леса, а потом вспоминаю, что их в помине не было в наших краях. Изредка встречаются лисы да зайцы. И те прячутся по норам, вылезая только в суровые зимние холода, когда голод диктует свои правила.

— Единственный волк, который здесь водится, — это ты.

— Так что мне с тобой делать, Веснушка? — Он пропускает мой ответ мимо ушей. — Понимаешь же, что не сбежишь. Не отпущу. Да ты и сама уже не хочешь, судя по всему, — усмехается Олег, сощурившись. — Ты всего лишь оттягиваешь неизбежное.

— Пусть так. Не хочу, чтобы все случилось слишком… быстро.

— Быстро не будет, поверь, — он понижает голос. Рокочет так, что его голос отдается вибрацией в грудной клетке. Манит. — Я буду любить тебя всю ночь. А потом весь день. Снова и снова. До тех пор, пока с постели встать не сможешь.

От его слов я теряюсь. Краснею до кончиков ушей. И пропускаю момент, когда Олег все же ныряет в воду и за долю секунды оказывается рядом.

— Ну вот ты опять и попалась, Веснушка. — Он прижимает меня к бортику бассейна всем своим сильным жилистым телом. — Теряешь хватку.

— А ты — голову, — задыхаюсь от того, как заполошно бьется мое сердце. Хватаю ртом воздух, но мои губы тут же попадают в плен. — Олег, — шиплю я, разрывая поцелуй и впиваясь ногтями в массивные плечи.

Парня это не останавливает. Наглые лапищи властно сжимают мои бедра и приподнимают их, вынуждая меня обхватить мужской торс ногами. Я подчиняюсь, отстраненно размышляя о том, что наши тела идеально подходят друг другу. Как ключ к скважине замка. Как две части единого целого.

И это кажется таким правильным. Таким… естественным.

Я обвиваю руками шею и затылок Грома, притягивая его к себе еще ближе. И все только ради того, чтобы насладиться его близостью.

— Ты сведешь меня с ума, — шепчу в его губы. — Уже свел. Я больше не могу и не хочу тебе сопротивляться, — наконец, произношу это вслух, в то время как пропасть между нами сокращается до незначительных размеров.

— Ты даже не представляешь, как я рад это слышать, — улыбается друг детства и трется кончиком носа о мой нос. — Завтра град пойдет. Вероника Астафьева наконец-то покорилась чарам злобного демона! — мрачно хохочет этот идиот, запрокинув голову.

— Еще не совсем, — едва сдерживаю ответную улыбку. Но уголки губ все равно дрожат, выдавая меня. — Вдруг я до утра передумаю?

— Уже нет, я уверен. — Он зарывается носом в мою шею, шумно втягивая воздух. — Ника, я…

Он вдруг замолкает, обрывая фразу, а мой пульс взвивается до самых небес.

Я знаю, что он хочет сказать. Ощущаю это всеми фибрами души.

Но Олег так и не решается произнести заветные слова. Целует меня в основание шеи, обнимает крепко-крепко. Сжимает так сильно, что, кажется, вот-вот услышу хруст своих ребер.

— Ты права. Не стоит спешить. Пойдем в дом, на рассвете станет еще холоднее. А ты и так вон вся дрожишь. — И он выпускает меня из плена своих рук.