Онлайн книга «Аркадия»
|
Но теперь… теперь настоящая принцесса вернулась. Она сняла проклятие. Воскресла, вышла из озера, бледная, как утопленник, задыхающаяся, но живая. Она жива. От изумления у меня глаза на лоб полезли. Я не могла пошевелиться, буквально окаменела. Не сон ли это – кошмар, которого я так долго боялась. Повисла жуткая тишина. Андрас замер. — Андрас! Коралин побежала к нему. А я стояла в углу, куда отступила, когда она вошла в квартиру. Стоя в тени, я смотрела, как она, такая восхитительная и прекрасная, бросается на шею Андраса, разрывая мне душу. Мне теперь нечем дышать. Оказывается, вся моя жизнь заключена здесь – хрупкая, как лед на весенней реке, который вот‐вот расколется от жара их объятий. Я уже слышала ломкий треск, похожий на крик. А потом она поцеловала его. Чуть привстала на цыпочки, ей даже не пришлось тянуться к нему – высокая, стройная и хрупкая, какими всегда бывают принцессы в сказках. Я услышала сдавленный стон, свой собственный. Андрас, похоже, очнулся только после этого поцелуя. Он вздрогнул и обхватил ее лицо ладонями. Точно так же, как и мое накануне. Хотя он отстранился от нее, мое сердце уже разбилось на тысячи обломков, как падающий метеорит. Коралин захлопала ресницами и восторженно улыбнулась, все еще прижимаясь к нему: «Я вернулась, вернулась к тебе». Когда она произнесла эти слова, у меня будто выбили почву из‐под ног. Андрас смотрел на нее, явно потрясенный, но все же не в такой степени, как я. Мой мир рухнул. Все, во что я верила, рассеялось, как дым. Я попыталась вспомнить, что он рассказывал об аварии: кровь, ее тело на дороге… И не нашла в памяти то, что искала, потому что Андрас никогда не говорил, что Коралин умерла. Ни разу не сказал этого. Ни разу! Признавался, что ужасно страдает, что его мучает чувство вины, грызет изнутри, разъедает душу, внушая, что все случилось из‐за него, что это он во всем виноват. Но я не помнила, чтобы он говорил о смерти или о похоронах. Я не задавала вопросов – слишком больно смотреть, через что ему пришлось пройти, с каким трудом он решился на это признание, рассказать о том, чем никогда ни с кем не делился. Во всем виновата была только я, ведь я сама дописала главы этой истории, неверно истолковала реальность, теперь рассыпавшуюся у меня на глазах. Но нет. Этого не может быть. Тот мужчина с собакой, он ведь сказал… Он сказал: «Коралин сбила машина». А вовсе не: «Коралин погибла». «Больше я ее не видел», а не: «Она ушла так рано». Она наконец‐то заметила меня. Наклонила голову, словно разглядывая странное существо – измученную девочку, дрожащую в тени чужого трона. И посмотрела так, словно говорила: «Я вернулась. Я здесь. А ты теперь можешь уйти». — А это кто? Я молчала. Перед глазами все плыло: пол качался, стены дрожали. Я выбежала, чуть не плача. Влетела в лифт, двери сомкнулись, унося меня подальше от них. От их переплетенных тел, от совершенной девушки. Холодный ночной воздух ударил в лицо, когда я вышла на улицу. Куда идти, где спрятаться? Вдруг зазвонил телефон. Я вздрогнула, но, увидев номер, разблокировала экран и ответила. Голос на том конце линии что‐то говорил, я бессвязно отвечала, слишком подавленная, чтобы понять хоть слово. Мой разум рисовал картины: они наконец остались одни, снова смотрят друг на друга и жадно сливаются в поцелуе. Обнимаются, желание разгорается, одежда падает на пол и… |