Книга Графиня Фортескью - жена фермера, страница 74 – Эва Гринерс

— Я поеду немного прогуляюсь, - бросила я ему через плечо и вскочила в седло.

Ветер трепал волосы, выбившиеся из-под шляпы, солнце грело спину сквозь тонкую ткань рубашки. Ритмичный стук копыт о сухую землю отбивал такт моему бешено колотящемуся сердцу. Я гнала лошадь, пока легкие не начало жечь от нехватки воздуха, и лишь тогда позволила ей перейти на шаг у небольшой, поросшей ивами речки. Спешившись, я села на нагретый солнцем камень у самой воды.

Тихий шепот течения должен был успокаивать, но сегодня он лишь усиливал внутренний гул. Неопределенность расшатывала меня, мешая заниматься делами. А дел было много. Теперь, когда доктор позволил мне работать почти в полную силу, я понимала - нужно возвращаться к лошадям. Не только ухаживать за Громобоем, но и присматриваться к остальным. Ранчо должно было жить, а значит, нам нужны были победы на скачках, раз уж в лошадей были вложены деньги.

Мои мысли сами собой переключились в привычное, рабочее русло. Я мысленно перебирала лошадей в нашей конюшне. Выбор пал на двух. Гроза - чистокровная английская кобыла, нервная, горячая, но с невероятным рывком на короткой дистанции. И Ветер - молодой жеребец, помесь с мустангом, не такой быстрый, но поразительно выносливый и умный. В них был потенциал. Но нужно было ещё вложить в них много времени и сил.

Я встала, отряхнула пыль с брюк и почувствовала, как меня наполняет деятельная, ясная энергия. Решение было принято.

Когда я вернулась, в конюшне уже не было Себастьяна, только работники неспешно занимались своими делами. Саймон чистил скребницей Грозу, и я подошла прямо к нему.

— Саймон, нужно устроить им пробный забег, - кивнула я на Грозу и в сторону денника Ветра. - Ты поможешь мне? И нужно ещё два человека.

Он понимающе кивнул. Мы работали слаженно, без лишних слов. Подготовка к пробному забегу - это не то же самое, что подготовка к настоящим скачкам. Здесь не нужны парадные седла и блестящая сбруя. Мы просто вычистили лошадей, проверили копыта, накинули легкие рабочие седла. Я провела ладонью по шее Грозы, ощущая, как под гладкой шерстью перекатываются тугие мышцы. Она была готова.

Мы вывели их на прямую, хорошо утоптанную дорогу, идущую вдоль полей. Это была наша импровизированная гоночная трасса. Дистанция - около полумили. Я осталась на старте, чтобы дать сигнал, а Саймон ускакал к финишной отметке - старому дубу.

— Готовы! - крикнула я, поднимая руку. Лошади под работниками замерли, напрягшись, как сжатые пружины. Воздух звенел от ожидания. - Пошли!

Я резко опустила руку. Гулкий топот копыт разорвал тишину. Гроза, как и ожидалось, сразу вырвалась вперед, ее движения были резкими, почти яростными. Ветер держался чуть позади, его бег был более плавным, экономным.

Когда они скрылись за поворотом, я вскочила на свою лошадку и поехала следом. У финиша Саймон уже ждал меня, сверяясь с карманными часами с секундной стрелкой, которые я одолжила у Себастьяна. По ним можно было замерять время лишь приблизительно. Необходимо было приобрести хороший механический секундомер.

Лошади тяжело дышали, пар поднимался от их разгоряченных тел, смешиваясь с запахом пота и пыли. Я спешилась и подошла к ним.

Сначала - к Грозе. Приложила ухо к ее груди, слушая, как гулко и часто бьется сердце. Провела рукой по шее - вся мокрая, взмыленная. Хороший знак, значит, выложилась полностью. Осмотрела ноги, сухожилия. Все в порядке.