Книга Невеста по ошибке для альфы из клетки, страница 125 – Ксения Соболева

— А цена? - спросила я.

Мертин улыбнулся.

— Умная Лиса.

Громов смотрел на тень.

— Цена.

— Если он оборвёт нити силой, зверь Кирилла ударит в его зверя. Родственная связка. Очень мощно. С учётом серебра в крови, повреждённого контура и вашей свежей связи… последствия могут быть разнообразными.

— По-человечески, - сказал Орлов сквозь зубы.

— Роман может сорваться. Может потерять зверя. Может принять часть следа брата и уже никогда не понять, где он сам, а где архивная запись. Елизавета, как гарант, может удержать его. Или уйти вместе с ним в архив, если связь не выдержит.

— Вы поэтому нас сюда пустили, - сказала я.

— Разумеется.

— Вы не пытались нас остановить.

— Зачем? Андрей построил ключ, который должен был дойти до двери. Я лишь обеспечил, чтобы дверь открылась правильно.

— Вам нужен третий замок.

— Мне нужно то, что за ним. Андрей украл у меня последний реестр. Список настоящих связей, которые невозможно подделать. Он спрятал его так, что открыть могли только вы оба. Очень романтично, если забыть, сколько людей умерло из-за его упрямства.

— И зачем вам этот список?

Мертин посмотрел на меня так, будто вопрос был детским.

— Чтобы закончить работу. Ложные пары всегда были несовершенны. Они держались на страхе, химии, подавлении, юридическом принуждении, иногда на удачной имитации. Но настоящие связи… если научиться их находить до того, как люди сами узнают друг друга, можно управлять будущим. Альфы, стаи, наследники, свидетели крови, линии власти. Не заставлять хаос случаться, а направлять его. Представьте мир, где больше нет случайности.

— Представила, - сказала я. - Мерзко.

Он вздохнул.

— Вы слишком похожи на отца.

— Спасибо.

— Это не комплимент.

— Тогда заберу как трофей.

Громов вдруг заговорил. Тихо.

— Ты взял Кирилла.

Мертин повернулся к нему.

— Не я один.

— Кто ещё?

— О, Роман. Вы правда думаете, что старые чудовища ходят поодиночке? Бюро дало доступ. Стая дала кровь. Лаборатория дала руки. Я дал форму. Все хотели результата. Просто потом все решили, что виноват будет самый удобный зверь.

Громов поднял глаза.

— Я.

— Вы.

Вот оно. Ещё один кусок старого дела. Громова подставили не просто за убийство. Его сделали лицом провала, в котором участвовали Бюро, стая, лаборатория и Мертин. А его брат - не просто погиб. Его зверя использовали как материал. И теперь этот материал стоял перед нами, просил вернуть себя и был замком к последнему реестру отца.

Я посмотрела на Громова. Он был слишком тихим. Слишком неподвижным. Зверь внутри него не рычал теперь. Он слушал.

Это было хуже.

— Роман, - сказала я.

Он не ответил.

— Роман.

Тень Кирилла сделала шаг. Серебряные нити в её груди натянулись, уходя куда-то в дальние полки. Там, за рядами, стояла, видимо, капсула или узел, который держал его. Архив шептал вокруг: Громов Кирилл Владимирович, изъятый след, проба К-17, родственная совместимость, альфийский материал, хранить, хранить, хранить…

— Не слушай архив, - сказала я.

Громов медленно повернул голову ко мне.

— Это мой брат.

— Я знаю.

— Нет. Не знаешь.

— Не знаю. Но знаю, что Мертин хочет, чтобы ты сейчас пошёл на боль, вину и ярость.

— Он просит вернуть.

— Да.

— Я должен.

Я сделала шаг ближе. Браслет белый. Чёрный ободок тонкий, но есть.

— Тогда вернём. Но не так, как хочет Мертин.