Книга Вполголоса, страница 4 – Наталья Филимонова

Свою и встал среди людей,

И шепотом сказал: «Надень!»

И я надела, и пошла

В зимующее неубранство.

Трещали нитки, и по швам

Трещало белое пространство.

Хрустели ветки без причин,

Но было безнадежно тихо!

Лишь ветер в поднебесье вихрем

Скулил и подвывал: «Молчи».

Нет, это не мелочи –

Это секреты девичьи.

Не твои, а наши общие,

Рассказанные друг другу ночью

Под одеялом с фонариком.

Ты такая маленькая,

С холодными ногами,

Шептала большую тайну,

А я ничего не могла разобрать.

Твой шёпот был неслышным,

Будто за стенкой мышка

Скребётся. Мне хотелось спать,

Но я на твои смотрела губы,

Говорящие мне о том,

Что будто бы ты разрешила

Себя поцеловать

Мальчику из твоей группы.

Надеть на палец обручальное

И – снова с октябрём на ты.

Сорвать нарочно и нечаянно

Позднорождённые цветы,

Растущие вдоль края берега,

Где я, оседлая и беглая,

Стояла тенью у воды.

Надеть и помнить до беспамятства

Несовершённую любовь

Мою к тебе – опухли пальцы –

Не снять, не сдвинуть. Видит Бог,

Пыталась, но в моих попытках

Всех чувств твоих переизбыток

Ложился камнем между строк.

Стылый воздух от мёрзлой земли

Ненавязчиво сладок и горек…

Если сможешь, меня окрыли –

Я взмахну, не почувствовав боли.

Буду птицей, зовущей весну,

Буду петь от рассвета до ночи.

Если хочешь – с тобою усну

И с тобою проснусь, если хочешь.

Знаю, нет у тебя ничего

За душой – только я, и всего-то…

Ты меня создаёшь из слогов,

Будто песню играешь по нотам.

Звукоряд изучив наизусть,

Без подглядки, потворствуя ритму,

Ты читаешь меня как молитву –

Я вдыхаю тебя и молюсь.

Девочка моя стала взрослой:

курит травку

на детской площадке с подростками,

пьет дешёвое пиво, выражается матом,

ведёт себя так, как ей надо.

Я говорю: «Не выходи раздетой!»

А у нее руки в наколках,

и волосы фиолетовые.

Её провожают бородатые мальчики

в белых кедах.

В телефон кричу ей: «Где ты, где ты?!»

Волнуюсь, жду, как всегда к ужину,

но понимаю, что я не нужная,

не удобная, не современная,

а у неё жизненные перемены.

— Не уходи далеко, заблудишься…

— Мам, проснись, тебя не добудишься!

Открываю глаза – привиделось!

Сидит рядом, маленькая, невинная.

Тычет пальцем в книгу: «Прочти!»

Ей завтра пять. Почти.

Не говорю на твоём языке,

Не сочиняю стихи, не пишу картины.

В моем, видавшем виды, пустом рюкзаке

Лежит чья-то жизнь из многодневной рутины.

Внутрь смотрю, а там глубина до небес,

Дыхание ветра и строки непонятых мыслей –

Они не рифмуются, дремучие, будто лес,

Не несущие никакого смысла.

Не живу в твоём городе. Не живу

Ни в одной из твоих «любящих женщин».

Мне поклоняется дождь, будто бы божеству,

А ты с каждым днём помнишь меня всё меньше.

Вполголоса, вполшёпота, вполмысли,

В безжизненном пространстве смысл жизни

Произношу по чужеземным буквам,

Не связывая элементы звука –

Несказанные строки и слова

Во мне воспроизводятся едва.

Вполшёпота – не тихо и не слышно.

Вполшёпота – не низко и не слишком.

Вполшёпота – молчком, перебирая

Внутри себя, от края и до края,

Весь смысл существования тебя.

Как будто бы во рту стеклянный шарик

Катает неразумное дитя.