Книга Рецепт убийства для настоящей лентяйки, страница 40 – Мэрион Чесни Гиббонс

— Тогда слова богу, что меня здесь не будет, – ответил викарий и склонился над текстом проповеди.

* * *

Агата чувствовала себя очищенной от греха, когда ехала назад к своему дому. В воскресенье она пойдет в церковь и попытается быть хорошим человеком. Она поставила замороженный английский пастуший пирог от Линды Маккартни в микроволновку, собираясь подать его на обед миссис Симпсон. Агата надеялась, что бывшая жена одного из четверки «Битлз» знает о том, как готовить пищу, но не исключала, что та просто продала право на использование своего имени на упаковке этого товара.

Миссис Симпсон принялась осторожно пробовать вилкой горячую массу, и вся праведность Агаты испарилась.

— Он не отравлен, – рявкнула она.

— Я просто не люблю замороженные продукты, – заявила миссис Симпсон.

— Значит, в следующий раз я приготовлю вам что-нибудь получше. Миссис Каммингс-Браун очень сильно расстроилась из-за смерти мужа?

— О, это было ужасно, – ответила Дорис Симпсон. – Она и правда потрясла ее. Вначале Вера оцепенела от шока, затем начала плакать. Плакала и плакала. Мне пришлось позвать на помощь жену викария.

Агату опять охватило чувство вины. Она поняла, что ей нужно куда-то вырваться из дома. Она прогулялась до «Рыжего льва», заказала там бокал красного вина и сосиски с жареным картофелем.

Затем она вспомнила о своем намерении заглянуть к миссис Картрайт. Теперь, правда, это казалось бессмысленным, но это было хоть какое-то занятие.

Дом Джадда, где жили Картрайты, как и участок, выглядел заброшенным. Садовая калитка криво висела на петлях, сад зарос сорняками, там стояла ржавеющая машина. Агата огляделась, гадая, как же машина туда заехала, но не смогла ничего придумать. Это можно было бы сделать, только перенеся ее над забором.

Стекло на входной двери потрескалось и было склеено коричневым скотчем. Агата позвонила в звонок, но ничего не произошло. Она постучала в дверь. С другой стороны стекла появились расплывчатые очертания миссис Картрайт.

— О, это вы, – сказала женщина, открывая дверь. – Проходите.

Агата последовала за ней в дурно пахнущую заставленную гостиную. Мебель была грязная и блестела от износа. В комнате использовался электрокамин с двумя перекладинами и пластиковыми углями. На подоконнике стояла ваза со сколами, из нее торчали пластиковые нарциссы. В одном углу Агата заметила бар с розовым стеклом и розовой флуоресцентной подсветкой полосами.

— Выпьете что-нибудь? – спросила миссис Картрайт. Ее жесткие волосы были накручены на розовые бигуди из сжатой пены, на ней – розовое платье с запахом. При движении проглядывала грязная комбинация.

— Спасибо, – поблагодарила Агата, уже жалея, что пришла.

Миссис Картрайт налила два больших стакана джина, затем подкрасила их розовым с помощью «Ангостуры». Агата нервно посмотрела на свой стакан, ободок которого оказался испачкан помадой.

Миссис Картрайт опустилась в кресло и положила ногу на ногу. Обута она была в грязные розовые тапки. «Здесь все розовое, – подумала Агата. – Она выглядит как распутная Барбара Картленд^[29]».

— Вы хорошо знали мистера Каммингс-Брауна? – спросила Агата.

Миссис Картрайт закурила сигарету и внимательно осматривала Агату сквозь дым.

— Немного знала, – ответила она.

— Он вам нравился?