Книга Рецепт убийства для настоящей лентяйки, страница 37 – Мэрион Чесни Гиббонс

Затем Рой произнес замогильным голосом:

— Так холодно, как в могиле, в которую вы свели мистера Каммингс-Брауна своим кишем, Агата.

Голос Агаты раздраженно ответил:

— Он не в могиле. Его прах развеяли по ветру над Солсберийской равниной. Ты закончил, Стив?

Затем голос Стива:

— Еще немного.

После этого в кадр попала женщина с гневным взглядом.

— А вы говорили, что вас никто не ненавидит! – поддразнил ее Рой. – Эта смотрела на вас так, словно хотела убить. Интересно, кто она такая?

— Я вырежу кадр, сделаю фотографию и пришлю вам, – предложил Стив. – Может, стоит выяснить, кто она. Вероятно, она знает про смерть Каммингс-Брауна.

Агата молчала несколько минут и думала о том, что никогда не забудет лицо этой старой девы и горящие гневом глаза.

— Пора спать, – объявил Рой. – На каком поезде нам следует ехать завтра?

Агата встала.

— С поездами в праздники дело обстоит не очень. Завтра же выходной, несмотря на то что понедельник. Я отвезу вас в Оксфорд, свожу пообедать, а вы там сядете на поезд.

Агата думала, что будет рада отделаться от этих шумных парней, но, когда наконец оказалась вместе с ними на вокзале в Оксфорде и пришла пора прощаться, она внезапно пожалела, что они уезжают.

— Приезжайте снова. В любое время, – пригласила Агата.

Рой поцеловал ее в щеку мокрыми губами.

— Мы вернемся, Агги. Это были отличные выходные.

Начальник поезда свистнул в свисток, Рой запрыгнул в поезд, чтобы присоединиться к Стиву, и состав выехал со станции.

Агата несколько минут стояла с потерянным видом и смотрела, как поезд исчезает за поворотом, перед тем как отправиться на автомобильную стоянку. Она немного боялась и жалела, что не может поехать в Лондон вместе с ними. Почему, ради всего святого, она бросила работу?

Но дом Агаты ждал ее среди Котсуолдских холмов, в деревне Карсли, где она опозорилась, где не была своей и никогда не станет.

На следующий день Агата забила машину керамическими кувшинами, оловянными кружками, фальшивой конской сбруей и частями сельскохозяйственных машин и преодолела небольшое расстояние до дома викария.

Миссис Симпсон была занята уборкой ее дома. Агата планировала поговорить с ней во время обеда. Может, все дело было в отравлении, но миссис Симпсон называла Агату миссис Рейзин, и Агата, соответственно, считала себя обязанной называть ее миссис Симпсон, а не Дорис. Уборщица работала хорошо, вела себя учтиво, но чувствовалась некоторая настороженность. По крайней мере, она не пришла со своим обедом.

Миссис Блоксби, жена викария, сама открыла дверь. Агата опасалась, что ее тут пошлют подальше, поэтому сразу же выпалила, что привезла несколько вещей, которые, как она надеется, церковь сможет продать и пустить деньги на благотворительность.

— Как это мило с вашей стороны, – сказала миссис Блоксби. – Альф! – крикнула она через плечо. – Миссис Рейзин привезла несколько вещей на благотворительность. Подойди сюда и помоги.

Агата удивилась. Викария не должны звать простым именем Альф, он должен быть Перегрином, Иларием или Алоизием. Викарий появился в старой рубашке для садовых работ и брюках из рубчатого вельвета.

Они все втроем перенесли коробки в дом, в гостиную. Агата достала из них несколько предметов.

— Дорогая миссис Рейзин, вы уверены? – воскликнула миссис Блоксби. – Вы сами могли бы все это продать и выручить неплохие деньги. Я не имею в виду конскую сбрую, но кувшины хорошие, а части сельскохозяйственной техники настоящие. Вот это, – она взяла в руки вещь, по виду напоминающую орудие пыток, – настоящая кротоловка. Сейчас их нечасто встретишь.