Книга Интрижка, страница 48 – Флора Коллинз

Занудное, нравоучительное замечание, но что-то в этой девушке, в ее манере держать себя, привлекало Одилию. Хотелось с ней заговорить. А почему – непонятно.

Девушка распрямилась, черный топик на миг задрался, обнажая полоску плоского живота. Потом, вновь затянувшись, выпустила дым в сторону Одилии.

— Спасибо, зайка. Тебе лучше знать. – Она улыбнулась, чуть прищурив глаза. – А ты сама-то курить пробовала? Или за такое из стоматологической клиники выгоняют?

— Раза два, еще по молодости, – пошутила Одилия, дивясь своей дерзости.

— Да тебе не больше двадцати, – заметила девушка. – Давай, попробуй в третий раз, для полного счастья! Куда лучше расслабляет, чем жвачка.

Одилия перестала жевать и выплюнула резинку в обертку. Неужели так заметно? Пожалуй, ей пора домой, если хочет еще выпить перед поездкой к родителям. А может, и сигарета неплохо снимет напряжение от предстоящего вечера с родителями?

Одилия обошла машину и присоединилась к девушке у «альфа-ромео», чей бампер сверкал в лучах заходящего солнца.

— Пери, – представилась девушка и протянула руку. Длинные ногти вонзились в плоть Одилии. – Ты и без того знаешь, наверное. Ты ведь мне только что в рот заглядывала. – Пери предложила Одилии сигарету. – Люблю ходить к стоматологу. Очень расслабляет. – Она стряхнула пепел к ногам Одилии. Та неуверенно фыркнула. – Не веришь? Я поэтому и записалась на прием. Скучала по процедурам у стоматолога. Лежишь себе в кресле, тебя делают красивой – что может быть лучше? Красота требует жертв. Знаю, клише, зато правда. Особенно для женщин. Как тебя зовут?

Одилия представилась.

— Ого, шикарно! В этих краях такие имена не встретишь. – Она поглядела на горящую сигарету Одилии, налипший пепел. Одилия смущенно его стряхнула. Затягиваться не хотелось – вдруг начнет кашлять?

Пери вдруг протянула руку и провела кончиком ногтя по щеке Одилии – быстро, едва заметно; Одилия подумала, что ей показалось. Несмотря на жару, по телу побежали мурашки, она опустила глаза вниз, на колесо машины.

— Здесь скрывается все, что нужно. У тебя есть задатки.

Рука Пери задержалась в воздухе, точно на картине, где Господь соприкасается пальцем с Адамом – только это движение и служило доказательством, что она касалась Одилии, вызывая у нее дрожь.

— Задатки чего? – прошелестела Одилия. Хотелось, чтобы Пери вновь коснулась ее щеки, спины, провела ногтем по позвонкам.

Пери улыбнулась – ее зубы напоминали белоснежную гальку, отполированную волнами.

— Есть у тебя решимость. Вот и все. Только это и хотела сказать. – С этими словами она открыла дверцу машины, села и потянулась, как кошка. – Детка, обожжешься! – предупредила она, высунув руку с сигаретой из окна. И выехала с парковки задним ходом, оставляя после себя облачко дыма.

Сигарета догорела до фильтра. Одилия насладилась жгучей болью и лишь потом бросила сигарету на асфальт. Затем пошла к своей машине; на указательном и среднем пальцах вздулись волдыри. С минуту она сидела, положив руки на руль, и смотрела в темнеющее небо. Облака напоминали клубы дыма. Зубы Одилии болели, ныли от жажды. Но чего именно?

Решимость.

Слово плясало в мыслях, пока она сидела за ужином. Пейдж впервые угодила в беду. Получила четверку с плюсом на контрольной по математике. А Пейдж была гением. Родители ее обожали. На пять лет младше, а уже в пять подавала больше надежд, чем Одилия за все двадцать лет жизни. Вундеркинд. Так ее назвала чудаковатая учительница начальных классов. В три года умела читать. Знала таблицу умножения, когда еще в детский сад ходила. Год за годом побеждала на олимпиадах, конкурсах правописания, соревнованиях по футболу среди девочек. Одилия не сомневалась: через несколько лет Пейдж станет школьной королевой красоты, королевой выпускного бала.