Книга Невеста была в черном. Черный занавес, страница 146 – Корнелл Вулрич

— Вот, опять, – сказал вполголоса.

— Может быть, теперь и они его подводят, ослабев от чрезмерного напряжения. – Она в страхе прижала пальцы к губам. – Бедняга, это же все, что у него осталось!

Таунсенд нахмурился, когда она села как прежде.

— Он прекращает моргать всякий раз, когда замечает, что ты смотришь на него. Кажется, он делает это только тогда, когда за ним наблюдаю я.

— Может быть, просто пытается показать тебе, как счастлив, что ты снова рядом. Разве он может это продемонстрировать иначе?

— Он… чем-то недоволен, – настаивал Таунсенд. – В уголках его глаз скапливаются слезы.

— Верно, у него глаза слезятся, – согласилась Рут. Достала из бокового кармана кресла носовой платок и осторожно прикоснулась им к переносице, словно высеченной из камня, с обеих сторон. – Чего он от тебя хочет?

— Я не знаю, – беспомощно сказал Таунсенд.

— Должно быть, ты чем-то его разочаровал.

Вероятно, подумал он, вполне возможно, но кто же объяснит, чем именно? Единственный из них троих, кто что-то знал, не мог говорить.

Она извинилась, что не может унять тревогу. Очевидно, в главном здании это считалось глупостью.

— Мне не нравится видеть, как он плачет… Вы не могли бы это немедленно прекратить, мистер Эмиль? Прошло много времени с тех пор, как вы виделись с Дэнни в последний раз; не рассчитывайте, что теперь все будет как прежде… Они становятся как дети, – добавила она с жалостью в голосе. – Может, ты давал ему что-то из своих карманов, например драже, леденцы от кашля или что-то другое?

— Я не помню, – сказал Фрэнк, и это была абсолютная, безнадежная правда.

От неожиданного тихого стука в дверь, когда уже стемнело, Фрэнк вздрогнул, как будто от удара током. Он сидел и тихо курил, глядя в черный камин, как вдруг услышал звук, которому не предшествовали шаги. Он одним махом прихлопнул свечу, поднялся с ящика, на котором сидел, и встал над ним, напряженный и молчаливый.

— Дэн, – донесся шепот снаружи, как будто заговорила сама ночь, – это я.

Или его подвел слух? Таунсенд подошел к двери, отодвинул стул, которым загородил ее, и положил на пол короткий железный ломик – свое единственное оружие.

— Они уехали примерно три четверти часа назад. Я уже уложила мистера Эмиля, и мне не хотелось упускать такой шанс. Я решила заскочить на минутку, посмотреть, как у тебя дела. Кроме того, я прихватила еще кое-какие припасы – на случай, если они у тебя закончатся.

— Как получилось, что я не услышал, как ты подошла? – спросил он, помогая перенести большую коробку через порог.

— Может быть потому, у меня резиновая подошва. Дэн, послушай, я хочу тебя предупредить. Тебе придется быть осторожнее с этой свечой; лучше прикрыть ее колпаком или еще чем-нибудь, чтобы свет не было видно с тропы. Я только что, сворачивая с нее, отчетливо разглядела, как сквозь стену просвечивает что-то желтое; должно быть, под оконной рамой трещина, а если бы на моем месте был кто-то другой…

Он думал совершенно о другом.

— А ты не в курсе, куда они отправились?

— Я не знаю, я не слышала, чтобы кто-то что-то сказал.

— Укатили на своем драндулете?

— Да, но это ничего не значит, отсюда иначе не выбраться, независимо от того, куда ты хочешь попасть. А что такое? Что у тебя на уме? – Ей явно не нравилось, куда он клонит.