Книга Невеста была в черном. Черный занавес, страница 148 – Корнелл Вулрич

— Теперь мы оставляем его на ночь внизу, в этой маленькой дополнительной гостиной. Не так, как было при тебе. Кресло слишком тяжелое, чтобы я могла таскать его вверх и вниз по лестнице дважды в день.

— Ты укладываешь его спать? А как же переодевание?

— Ну, такими вещами я не занимаюсь, это было бы неприлично. Я поднимаю его с кровати, да, он не так уж много весит. На нем такая фланелевая штука, что-то вроде спального мешка, а днем, когда он просыпается, я просто накидываю сверху халат и стеганое одеяло. Мистер Билл меняет нательное белье каждые два-три дня, хотя мне чаще всего приходится ему напоминать. Это так жестоко, когда ты беспомощен и зависишь от милости других людей.

Когда ее рука потянулась к выключателю, Таунсенд, отворачиваясь, успел заметить, как мирно сомкнутые веки чуть приоткрылись и глаз хитро уставился на него, но темнота наступила слишком быстро, чтобы он мог быть в этом уверен.

Они снова вышли в коридор, и он замешкался у подножия лестницы.

— Не поднимайся наверх, Дэн, – взмолилась Рут. – Если они неожиданно вернутся, тебе будет отрезан путь к отступлению. Наверху ничего нет, только спальни.

— Что это? Мне показалось, я услышал, как кто-то ходит там на цыпочках.

— Ты же знаешь, это мисс Адела, наша… – она покрутила пальцем у виска. – Она вообще не спит. Вечно подкрадывается и подслушивает у двери, даже когда ничего нельзя услышать. Я не знаю, почему ее оставили в доме, а не отправили в лечебницу. Она прячется, когда я приношу ей еду наверх, и не выходит, пока я не уйду. Но все равно я никогда не толкаю дверь спиной. Мистер Билл всегда носит ключ от ее комнаты с собой, никому другому его не дает. Как в свое время мистер Гарри.

— Ее когда-нибудь осматривали? Был ли у кого-нибудь из посторонних шанс осмотреть ее? Откуда они знают, что она на самом деле…

— Говорят, это было сделано много лет назад. Говорят, теперь бесполезно.

— Говорят, – лаконично повторил он. – Нельзя исключать, что это убийство. Пусть и медленное.

— Раньше я пыталась себя убедить, что это ее рук дело. Ну, сам пойми – я всячески старалась тебя оправдать хотя бы в мыслях. В тот момент в доме больше никого не было – не считая бедного старика, конечно. Но… – Рут обреченно опустила руки. – Когда пришла полиция, ключ от ее комнаты нашли на теле трупа, а сама комната была заперта снаружи.

Они прошли через пустой холл вблизи от лестницы и оказались в столовой. Под стеклянным колпаком, которому было лет сто, стояла ваза с восковыми фруктами. За ней виднелись закрытые двустворчатые двери.

Он заметил, что ей, похоже, не терпится вернуться.

— Пойдем, Дэнни, теперь ты все видел.

Он направился к двустворчатым дверям.

— Зачем ты хочешь туда войти? – прошептала она и попыталась удержать его за руку. – Какой от этого толк?

Он уже открыл двери и включил свет.

— А какой вред? – парировал рассеянно.

Рут неохотно вошла вслед за ним. Изнутри стеклянные панели были прикрыты темно-синими полосами рулонных штор, примерно по одной на каждые три секции. Еще одна полоса шла по потолку, как навес, управляемый снизу при помощи шнурка. Они были кое-где залатаны и заштопаны. На одной виднелась ромбовидная дырочка, которую не потрудились заделать.

Пол в комнате был выложен старомодной мозаикой, серой от въевшейся пыли. Там стояли два плетеных кресла с высокими спинками и плетеный диванчик. Вдоль одной из стен тянулся длинный низкий стол с плиточной столешницей, на которой, очевидно, в былые дни стояло множество растений и цветов в горшках. Теперь вокруг не было ничего живого. Какие-то высохшие зеленоватые нити все еще свисали с горшков, подвешенных на кронштейнах по углам.