Книга Семнадцатилетний генерал, страница 19 – Александр Карпов

И тут он вспомнил, что сам нес на плече котомку с продуктами. А в ней кулек соли, бутыль с небольшим количеством масла, крохотный кочан капусты, пара луковиц, несколько морковок, головка чеснока и, главное, с десяток картофельных клубней, половина из которых была отварена им еще вчера. Алексей решительно скинул с плеча сумку и шагнул в направлении женщины. Чтобы не отвлекать ее от кормления малыша грудью, он тихо подозвал к себе ее дочек, опустился на колени, положил перед собой свою ношу и начал доставать из нее содержимое. При тусклом свете уходящего дня измученные и проголодавшиеся дети отреагировали на предложенное им угощение и, перестав мешать своей матери, принялись есть картофель, который на их глазах чистил юноша, нахваливая свое угощение. В ход пошла соль, была маленьким ножом почищена морковь, а кочан капусты лишился нескольких своих листьев. Девочки ели, принимая из рук Алексея все то, что он им подавал. О себе в этот момент он не думал. Внутри него снова одержал победу тот, кто стремился помогать людям и быть там, где тяжело и опасно, где кому-то нужна помощь.

— Я уж и не знаю, как мне вас благодарить, – тихо произнесла женщина после того, как закончила кормить грудного ребенка.

Юноша посмотрел на нее и понял, что она все еще чем-то озадачена.

— Малышу пеленки хотите поменять, – догадался он, когда услышал тихий плач, доносившийся из одеял на ее руках.

— Да, – ответила женщина, – только где тут?

— Они должны помочь, – кивнул Алексей в ту сторону, где суетились санитары и бегали медицинские сестры.

Словно увидев в глазах обоих мольбу о помощи, одна из женщин в белом, грязном спереди медицинском халате сама подошла, глядя на сверток в руках у матери, что-то сказала ей и повела за собой, размашисто жестикулируя и постоянно бросая взгляд на младенца. Алексей в это время развлекал маленьких девочек, чтобы они не досаждали матери. В этом деле у него был опыт, поскольку ему самому не раз приходилось брать на себя заботу о младших сестрах в ту пору, когда родителям нужно было куда-либо уйти или что-то сделать по хозяйству. Продолжая кормить девочек, он стал рассказывать им сказку.

— Куда же вы теперь? – спросил он женщину, когда она вернулась из мастерских, где переодевала ребенка. – И вещей, как я погляжу, у вас нет совсем.

Взгляд ее был сейчас полон благодарности к нему, но после услышанных слов она изменилась в лице и едва не разревелась, осознавая, в каком положении оказалась сейчас, с тремя маленькими детьми на руках.

— Может, близкие люди где есть? Если нам по пути, то давайте с нами, – начал успокаивать ее Алексей, предлагая свою помощь.

— Нет никого, – тихо всхлипывая, ответила она. – Муж – сирота детдомовский, из беспризорников. Да и всех моих тиф когда-то прибрал. И отца, и мать, и братьев. Бабушка старенькая воспитывала. Сестра есть, но она далеко.

Алексей не знал в этот момент, что ей ответить.

— Никому мы не нужны, – произнесла в заключение своего короткого повествования женщина.

— Парень, принимай подводы! – позвал юношу к себе доктор и вручил ему несколько исписанных размашистым почерком листков, где были написаны имена и фамилии тех, кого передавали сейчас ему под опеку.

— Отправляйся прямо сейчас. Не жди. За ночь пройдешь весь путь до полустанка. Там и жди санитарный поезд. Днем немецкие самолеты шнырять начнут. Если заметят, то могут обстрелять. Так что старайся днем не высовываться, держись под кронами деревьев. Осень еще не все листву с них сбила.