Книга Семнадцатилетний генерал, страница 16 – Александр Карпов

— За город, в район размещения мастерских промкомбината. Там госпиталь развернули. Раненых туда везем, – сочувственно ответил он ей и принялся рассаживать маленьких девочек на телегу, туда, где хоть немного имелось для ребенка места.

— Муж на фронте, а я вот осталась, – оправдывалась женщина, боясь гнева возничего, косо посмотревшего на ее детей, когда Алексей рассаживал их.

— Сейчас я вам с грудничком тоже найду место, – громко, согласно своему положению начальника, произнес он так, чтобы возничий хорошо слышал его и не смел возмущаться.

Устроив женщину на второй по счету подводе, юноша пошел следом за ней и оказался рядом с раненым мужчиной в гражданской одежде, локоть которого был забинтован, а вторая повязка окутывала голову и торчала из-под широкой кепки.

— Кем оборонять-то?! – начал ворчать тот, увидев в лице Алексея собеседника, которому можно высказать свое недовольство и который не уйдет, будет слушать его. – Зенитно-пулеметной ротой у моста с «максимами», сводным отрядом районной и городской милиции численностью не больше взвода да потрепанной неполной ротой бойцов во главе с политруком, что днем ранее отступила к городу? Так из них половина раненые, и боеприпасов кот наплакал.

Он смачно сплюнул на дорогу и продолжил:

— Ну, ополчение за четыре дня собрали. И сколько?! Человек полтораста! Рота?! Все! Так почти все без оружия. Человек сорок с охотничьими ружьями пришли. Остальные – воюй взаймы. Это когда кого-то убьют или ранят, то ты его винтовку себе возьмешь. А после тебя ее тоже кто-нибудь примет. Вот я так взял у одного, когда тому голову снесло. А как меня зацепило осколками, так другой от меня ее принял.

Он помолчал под сопение идущего рядом с хмурым видом Алексея.

— Половины, считай, уже нет, – тихо продолжил мужчина, поглаживая здоровой рукой раненый локоть. – Зенитно-пулеметную роту у моста бомбами разнесло. Если ночью подмога не прибудет, то утром немцы в город войдут. Оборонять его уже некому.

Не в силах больше выслушивать недовольство мужчины, Алексей сбавил шаг и вскоре оказался в замыкающей подводы.

— Ты, парень, – обратился к нему ее возничий, – шел бы лучше вперед, а то темнеть начинает, свернут еще не туда.

Алексей согласился с этим доводом, тем более что уже был виден поворот на ту улицу, что в итоге должна была привести его колонну к мастерским промкомбината. Возничий первой повозки не мог свернуть еще куда-либо. Это место знали все жители небольшого города. Здесь изготавливали нехитрую мебель для школ и государственных учреждений, делали окна и двери, строгали половые доски и многое другое. Дорога туда вела под гору и дальше за город, к окрестным деревням и поселкам. Такое место для полевого госпиталя было выбрано не зря. Бои в это время шли с другой стороны, а тут низина и место неприметное, самая окраина и рядом лес.

Увидев постройки промкомбината, Алексей обрадовался. Задание директора школы было почти выполнено. На все ушло чуть более получаса. Всего ничего. Он сам посчитал, что оправдал оказанное ему доверие. Решил для себя, что сдаст руководителю госпиталя всех раненых и сразу же вернется назад, туда, где ополченцы и воины Красной армии сражаются с численно превосходящим врагом, чтобы не дать тому, как сказал один из раненых, утром войти в город.