Онлайн книга «Карамболь»
|
— Один биток – один удар. Я сам разберусь. — Дела с торгашами хорошо не заканчиваются… В этот момент в дверь постучали, и в комнату, словно свежий ветер с Бискайского залива, впорхнула Джулия. Увидев обоих молодых людей с разгоряченными лицами, она мгновенно насторожилась. — ¡Hola! – сказала она, оглядывая их. – Я что, на дуэль попала? Или вы уже поделили ту самую египетскую корону и не можете решить, кому достанется больший шиш? — Джулия, – обратился к ней Фердинанд с мольбой в голосе. – Уолли решил продать браслет. Сейчас. Одному. Джулия замерла на месте. Её живые, насмешливые глаза стали серьезными. — ¿De verdad? Правда, Уолтер? Это очень… смело. — Это здраво, – поправил он её. – Практично. Я не собираюсь сидеть на золоте, как дракон из сказки, и дожидаться, пока какой-нибудь рыцарь не придет и не зарубит меня за мои же собственные сокровища. — Но идти одному… – Джулия покачала головой. – Это неразумно. Mi abuelo всегда говорил: «Если идешь на опасную дорогу, бери с собой того, кто бегает медленнее тебя». Позволь нам пойти с тобой. Хоть на расстоянии. Для подстраховки. — Нет! – рявкнул Уолтер, вскакивая. – Никаких подстраховок! Никаких Пирсов с их нравоучениями и испанок с их хитрыми глазками! Это мое дело! Мои деньги! Мой риск! — Но Уолли… — Я сказал – нет! – Он уже почти кричал. – Надоели вы мне! Вечно вы крутитесь вокруг, как мухи вокруг… вокруг браслета! Хватит! Я сам знаю, что делаю! С этими словами он схватил свою кепку, с силой надел ее на голову и, не прощаясь, выбежал из комнаты. Дверь захлопнулась с таким грохотом, что с полки упал том Дарвина «О выражении эмоций у человека и животных», что показалось Фердинанду злой иронией судьбы. Наступила тягостная пауза. — Ну вот, – с горечью произнес Фердинанд. – Поздравляю. Наш «биток» решил, что он – отдельный шар, и покатился в одиночку. Прямо в лузу, именуемую «мистер Крэбб». Джулия подошла к окну и отодвинула занавеску. Они увидели, как Уолтер, не оглядываясь, быстрыми, нервными шагами зашагал по улице, скрываясь за углом. — Es tonto, pero valiente, – тихо сказала она. – Глупый, но храбрый. А жадность, Ферди… – Она повернулась к нему, и в ее глазах было неподдельное беспокойство. – Жадность – очень дурной советчик. Она, как плохой повар, может испортить даже самое лучшее блюдо. А наше блюдо и так пахнет подгоревшим. — Что же нам делать? – простонал Фердинанд, опускаясь на стул. — Ждать, cariño. Ждать и надеяться, что твой упрямый сосед не обожжется о свою же собственную алчность. Иногда самый большой враг человека – это он сам, вооруженный мешком золота и полным отсутствием здравого смысла. * * * Уолтер Паркер шел по улицам Лондона, не замечая ни удушающей жары, ни прохожих. Внутри него бушевала буря. Одна часть, та самая, что выросла на рассказах о чести и добром имени, кричала, что он совершает ужасную ошибку. Другая, более громкая и настойчивая, твердила о восемнадцати фунтах, о сладком чувстве независимости, о возможности разомкнуть тиски бедности, которые сжимали его семью всю его жизнь. «Они не понимают, – думал он, яростно пиная камень, валявшийся на мостовой. – Этот Пирс… он сыт, одет, у него есть будущее. А я? Я – сын пекаря. Моя судьба – вонять потом и дрожжами до конца своих дней. Нет уж! Дед дал мне шанс. Глупо им не воспользоваться». |