Книга Карамболь, страница 34 – Александр Ольшанский

— О, да? – язвительно протянул он. – А кто решил, что ты верховный судья, Пирс? Твои предки, что ли, их выковали? Или, может, ты сам лично присутствовал при этом? Эти штуковины пролежали в банке… Бог знает сколько лет! Они ничьи! Они мои по праву наследования!

— По праву наследования от вора и убийцы! – горячо возразил Фердинанд. – Разве это делает твои права на них чище?

— А ты сам-то чистенький? – Уолли злобно сверкнул на него глазами. – Ты всю жизнь смотрел на нас, Паркеров, свысока. Думал, мы грязные, неотёсанные, не чета вашей высокообразованной семье. А теперь, когда у меня появился шанс вырваться из этой грязи, ты читаешь мне лекции о морали? Удобно, не правда ли?

Джулия, до этого момента молча наблюдавшая за перепалкой, покачивая своей недопитой кружкой имбирного эля, наконец, вмешалась.

— Caramba, ну хватит! – воскликнула она. – Вы сцепились, как два пса из-за кости! И кость-то пока не ваша. Вы хоть слышите себя?

Оба молодых человека уставились на неё.

— Ферди, – сказала она, поворачиваясь к нему. – Твоя принципиальность делает тебе честь. Браво! Но ты живёшь в мире книжных идеалов. Ты думаешь, если сдать всё это в полицию, дадут медаль и попросят прочитать лекцию в Королевском обществе? Скорее всего, эти безделушки отправятся пылиться в какой-нибудь запасник, а Уолли и его семью будут долго и нудно допрашивать о деде-убийце. Ты хочешь этого для него?

— Но это правильно! – упрямо повторил Фердинанд.

— Правильно – кормить ворон в Гайд-парке, – парировала Джулия. – Но это не приносит дохода.

Затем она повернулась к Уолли.

— А ты, мой дорогой будущий крез, – её голос стал сладким, как патока, – ты думаешь только о деньгах. А ты подумал о головной боли? Как ты объяснишь внезапное богатство? Налоговая инспекция – это не твой друг по пабу, она задаст очень много скучных вопросов. А покупатели? Такие вещи не продают в лавке на углу, как пирожки! Ты рискуешь нарваться на настоящих бандитов, а не на учёных мальчиков в очках.

Уолли насупился, словно ребёнок, у которого отняли любимую игрушку.

— Я не дурак, – пробурчал он. – Я всё обдумаю.

— Обдумать – это не твоя сильная сторона, Уолли, – безжалостно заметила Джулия. – Твоя сильная сторона – ломать челюсти или вещи. Обычно мотоциклы. А здесь требуется тонкость. Как в том бильярде, про который тебе рассказывал Ферди. Карамболь. Нужно не лупить что есть мочи, а рассчитывать удар.

— И что ты предлагаешь? – спросил Фердинанд, в чьём голосе уже слышалась усталость от бессмысленного спора.

— Я предлагаю… – Джулия откинулась на спинку скамьи и окинула их обоих насмешливым взглядом, – …не делать ничего. Пока.

Оба молодых человека уставились на неё в изумлении.

— Ничего? – переспросил Уолли с недоверием. – Оставить сокровища в банке, чтобы они там и дальше ржавели?

— Именно, – кивнула Джулия. – Дайте страстям улечься. Пусть Уолли успокоится и перестанет видеть во сне золотые горы. Пусть Ферди перечитает ещё томик-другой этики и философии. А тем временем… – она многозначительно потянула паузу, – …мы можем провести маленькое расследование.

— Какое ещё расследование? – насторожился Фердинанд.

— Ну, например, – Джулия игриво подняла указательный палец, – а настоящие ли эти драгоценности?

Этот вопрос повис в воздухе, как запах пережаренного лука. Уолли и Фердинанд переглянулись. Эта мысль не приходила в голову ни тому, ни другому.