Книга Избранница Смерти, страница 129 – Ребекка Хумперт

— Тогда возьми меня, – прошептала я, прежде чем мой разум успел подчинить себе сердце.

Затуманенным взглядом я видела, что он понес меня внутрь храма, не отрываясь от моих губ.

Потом он снова прижал меня к стене и поцеловал так, будто я одна могла сохранить его бессмертие. Мы были человеком и богом, но в тот момент и чем-то бо́льшим. Мы были голодом, желанием, страстью. Мы вспоминали себя в историях, начавшихся в пещерах, и рядом с именами, выгравированными на камне. Мы разрушали наш страх темноты и ужас перед водой. Мы были богом Солнца и последней адмирадорой. Связанными хрупким доверием, которое я чуть не разрушила.

— Ненавижу эту штуку, – пробормотала я ему в губы, пытаясь стянуть с него накидку. Мне было ненавистно все то, что нас разделяло. В следующий момент Нан усадил меня на низкий столик в центре храма. И положил мою руку на свою накидку.

— Тогда сними ее.

Я немедленно принялась за дело. Сорвала мокрую накидку у него с плеч и притянула Нана к себе, на стол. И, не отдавая себе отчета в своих действиях, тут же перекатилась на него и оказалась сверху.

Он издал удивленный звук, который перешел в смех.

Клянусь богами, мне нравился его смех. И так хотелось бы слышать его чаще. Я медленно провела руками по его все еще влажной груди. Положила свою перевязанную руку ему на сердце и почувствовала, как сильно оно бьется под рубашкой. При мысли, что оно так бьется из-за меня, меня бросило в жар. И наконец я начала расстегивать его рубашку.

На мгновение Нан подо мной застыл.

— Тебе будет неприятно это видеть, – прошептал он.

Я поцеловала его в шею.

— Один раз я это уже видела.

Уголок его рта приподнялся в слабой улыбке.

— Но не так близко, адмирадора.

Я ждала, что он будет сопротивляться и оттолкнет меня, но он не сделал ничего подобного. Поэтому я продолжала расстегивать рубашку, обнажая его мускулистую грудь и бесконечное количество шрамов. Боль осталась у него на коже навечно. Только сейчас я осознала, насколько глубокими были эти удары плетью и какими болезненными они, должно быть, были. Сердце у меня сжалось.

Нан, похоже, истолковал мое колебание иначе. Он попытался встать, но я положила руку ему на плечо и мягко прижала его обратно к столешнице.

— Раньше я соврала, – тихо призналась я.

— Соврала?

— У тебя самый мускулистый торс из всех, которые я когда-либо видела. Хоть я и не уверена, что ты специально тренируешься.

Его грудь под моей рукой чуть завибрировала от смеха.

— Можно я их потрогаю? – выдохнула я.

Лицо у него на мгновение сделалось растерянным, затем он кивнул.

Я снова наклонилась и поцеловала его грудь, прижавшись губами к каждому шраму и чувствуя, как от этого у него напрягаются мышцы. Каждый поцелуй продолжал разрывать меня на части, потому что я хотела гораздо большего. Большего, чем это украденное мгновение.

— Прости, – пробормотала я, добравшись до наспех перевязанной раны в груди, которую я ему нанесла. – И за это тоже. – Я поцеловала шрам у него на плече, который он получил на первом уровне, спасая меня.

— Елена, – сдавленным шепотом произнес Нан.

— Мне нравится, как ты произносишь мое имя, бог.

Голос у меня был совсем незнакомым. Он был полон страсти.

Его пальцы впились мне в талию, потом в бедро. Мне показалось, что я почувствовала, как его рука на мгновение скользнула в карман на моем бедре, но, прежде чем я успела об этом подумать, она снова оказалась у меня на ноге, двигаясь по ней так мучительно медленно, что у меня перехватывало дыхание.