Книга Перекресток воронов, страница 105 – Анджей Сапковский

Во времена Хольта в людской всегда был кто-то из прислуги. Сейчас не было никого. И беспорядок был побольше, чем раньше. Геральт уселся на указанную ему скамью, Воронофф вышел. Вернулся быстро, с продолговатым свертком под мышкой.

— Мечи Хольта, – сообщил он коротко. – А это его медальон. Он хотел, чтобы все это попало в Каэр Морхен.

Геральт развернул сверток. Взял серебряный меч с изящным округлым навершием. Обнажил клинок. Тот засверкал даже в полумраке людской. Он уже видел когда-то этот меч. Знал вытравленные на лезвии руны и их значение.

Медальон Хольта изображал голову змеи с огромными ядовитыми зубами.

— Это, – Геральт отдал агенту медальон, – оставь у себя и сохрани. Пока. Мечи я возьму. Они мне нужны.

— Хольт хотел…

— Я знаю, чего он хотел. Он мне сам сказал. Я исполню его желание. Когда настанет время. Хольт оставил что-то еще?

— Письмо. Для тебя.

Письмо было запечатано сургучом с оттиснутой на нем головой змеи с медальона Хольта. Геральт спрятал конверт за пазуху.

Воронофф кашлянул, достал из кармана платочек, вытер им губы.

— До меня дошли вести о том, что случилось с тобой в канун равноденствия. А поскольку ты появляешься у меня через целых полгода, полагаю, что дело было серьезное. А выражение твоего лица не оставляет сомнений в том, зачем тебе мечи Хольта. Возможно, тебе будет интересно узнать, что вдовствующая маркиза де Граффьякане уволила со службы трех известных тебе личностей, каковых ранее скрывала в своем палаццо, в качестве причины указав их бандитские деяния, о которых она, маркиза, будто бы ничего не знала. Уволенной троицей тут же заинтересовался префект да Кунья, однако троица, явно предупрежденная, исчезла, не оставив следов. Найти их будет непросто, если вообще возможно.

— Кто хочет, – поморщился Геральт, – тот добьется.

— Ага. В народных поговорках всегда так.

— Женщину зовут Мерицель. А двоих остальных?

— Сибор Понти и Борегар Фрик. Понти это тот, что со сломанным носом. Фрик, что может тебя заинтересовать, известен как мастер меча.

— Есть какие-то еще подсказки?

— Подозреваю, – Воронофф вытер губы платочком, – что они разделились. И что бежали из Каэдвена. Однако им придется искать средства на жизнь, каждому по отдельности. Существуют места, где им подобные ищут работу. Я бы поинтересовался такими местами. У тебя, кстати, как с финансами?

— В смысле с деньгами? Не очень.

— Дам тебе пятьдесят марок наличными и тысячу двести в дорожных аккредитивах. Столько я остался должен Хольту после погашения расходов, которые он просил погасить. В основном речь шла о выходных пособиях для бывшего персонала Рокаморы. Между прочим, имение больше не называется Рокамора. Теперь это Солнечная Долина.

— Очень мило. Сейчас, когда Хольта не стало, чем ты занимаешься, если можно спросить?

— Спросить всегда можно. Тружусь торговым представителем. Но если появится кто-то новый из Каэр Морхена, то охотно вновь займусь агентской деятельностью. Тебя это тоже касается, если выразишь такое пожелание.

— Временно не выражу. Прощай, Воронофф. Спасибо за все.

* * *

Письмо Хольта было написано на очень хорошей бумаге, приятной на ощупь, почерк был четким, словно печатным, чернила нигде не пролились и не расплылись.