Книга Дар первой слабости, страница 164 – Лера Виннер

Не дожидаясь от сестры ни ответа, ни нового приступа веселья, я развернулась и вышла, держа спину безупречно прямо.

Ласковое и радостное южное солнце было в зените.

Стоя на балконе пока ещё своих покоев, я смотрела на то, как Джули беззаботно смеётся, вместе с другими девочками и мальчиками, разглядывая нашивки на новеньком мундире Антонио.

Счастливый и гордый, он стоял на одном колене, чтобы им было удобнее тянуться, и что-то смущённо отвечал оставшемуся чуть поодаль в тени большого сарая Геральту.

Учитывая всю сложность ситуации, Первый генерал дал своему адъютанту отпуск, чтобы тот мог провести его с семьёй.

К счастью, старательно искать общий язык и привыкать друг к другу нам не понадобилось.

В то хмурое утро он просто вышел из дома на рассвете вслед за нами, собранный, бледный, застёгнутый на все пуговицы. Пока одетая в траурное платье Кристина садилась в экипаж, а я провожала её молчанием, он стоял за колонной рядом с Калебом и тоже молчал.

Это безмолвное взаимопонимание, сложившееся между нами, крепло с каждым днём, и его отпуск, который должен был продлиться до самого нашего бракосочетания в Артгейте, его только укреплял.

Мне нравилось, как Геральт вёл себя с Антонио — бывшим конюхом, далеко не ровней ему по происхождению, но фактически равным ему в должности.

Нравилось, как он разговаривал с Калебом — спокойно, уверенно, чуть-чуть иронично. Как может говорить только брат.

Нравилось даже его ненавязчивое стремление стать однажды братом и мне тоже — коль скоро Рамон и правда скрылся, не утруждая себя беспокойством о том, что стало с нами.

Как я и предполагала, Джули понравилось на Юге. Едва прибыв в замок Зейн, она оказалась окружена таким вниманием и заботой, что поначалу ей было откровенно не по себе, но двух недель ей оказалось достаточно, чтобы привыкнуть.

Дети здесь росли все вместе, почти не делясь на простолюдинов и господ до тех пор, пока им не приходило время менять образ жизни.

«Мне кажется, княжна никогда так много не общалась с ровестниками раньше», — заметила приехавшая вместе с Джули в качестве няни Аглая, и я с определённым неудовольствием нашла, что она права.

У Джули и правда не было возможности побыть просто ребёнком, и я не позаботилась об этом, будучи слишком увлечённой делами княжества, а ведь на подобное не было никаких причин. Сестре не был нужды готовиться к правлению, или дипломатическому браку, ей было нечего скрывать. И тем не менее мы держали её в такой строгости, что в первые дни она не знала, как вести себя с улыбающимися ей людьми.

Как и предсказывал Вэйн, на выручку нам пришла Эльвира.

«Не тревожьтесь, госпожа Марика. Взросление графа Калеба, виконта Геральта и ещё одного несносного мальчишки я уже пережила. Думаю, что подход к вашей девочке тоже найти сумею. Лучше расскажите что-нибудь о её няне. Кажется, мне это будет полезно».

Она была превосходно осведомлена обо всём, что произошло в Валессе, но держалась при этом так, будто ничего особенного не случилось, и тем самым привязывала меня к себе ещё больше.

Мой внезапно изменившийся статус, казалось, вовсе никого, кроме меня само́й не смущал. Услышав о том, что мы с графом успели пожениться, Сильвия подпрыгнула на месте и захлопала в ладоши, приговаривая: «Ну наконец-то!», а в кухне, не дожидаясь особых распоряжений, занялись праздничным ужином.