Книга Дар первой слабости, страница 161 – Лера Виннер

Как оказалось, мы с принцем ошибались оба.

Намеренно целиться в Вэйна…

— За что?

О нём надо было спрашивать именно так.

Перестав смеяться, Кристина качнулась на месте, а потом сцепила пальцы в замок.

— Потому что я тебя ненавижу. Ты всё и всегда забирала у меня. Сначала отцовскую любовь. Ты же видела, как я старалась быть хорошей дочерью, правда, Марика? Мои красивые платья, прекрасные манеры, готовность выйти замуж во благо стране. Я делала все, чтобы быть настоящей княжной, его гордостью. И что я получала взамен? «Марика то, Марика это!»… — она скривилась, отвратительно пискляво изображая интонации отца. — Князь Карл любил тебя больше жизни, а нам доставались всего лишь объедки.

— Это неправда, — я перебила, не загадывая, не надеясь на то, что буду услышана, но потому что не могла позволить ей продолжать. — Он любил всех нас. Но для того чтобы ты могла оставаться прекрасной и нежной княжной, кто-то должен был сесть на престол. Ты не хуже меня знаешь, что Рамон для этого никогда не годился.

— Да, — легко пожав плечами, сестра мне улыбнулась. — Наш братец — ничтожество, что тут скрывать. Всё, на что хватило его скудных мозгов, это убогая попытка подложить тебя под господина генерала в надежде, что так он будет щедрее к Валессу. Только одного Рамон не учёл, правда? Того, что тебе понравится. Как скоро ты ему отдалась? Едва месяц минул после твоего отъезда, а ты уже вовсю пользуешься своим даром.

На Валесс уже опустился дождливый вечер, а мои руки после утреннего происшествия и пробуждения такого сильного дара продолжали дрожать, но Кристине знать об этом было незачем.

— Значит, всё остальное тебе пришлось делать само́й?

Я не хотела слышать её ответы.

Я предпочла бы, чтобы она продолжала молчать или закричала не своим голосом, прогоняя меня прочь.

Лишь бы не знать, как сильно я сама просчиталась, сколь многое не предусмотрела.

Вэйн предлагал пойти со мной.

Когда я отказала ему, сам король Артгейта поднялся и отставил бокал с вином, чтобы заявить о своём желании допросить пойманную с поличным и арестованную княжну лично.

Первый генерал настаивал на том, что допрос в любом случае следует отложить на завтра.

Каждый по своим причинам, но все трое хотели избавить меня от этого, но такую слабость позволить себе я уже не могла.

— Да, — во второй раз Кристина согласилась со мной также незамысловато. — Пришлось связаться с этим дураком Эдмоном. Поначалу это было забавно, но потом стало противно, если хочешь знать. Он чуть слюни не пускал от любви ко мне, даже на колени падал, умоляя бежать с ним. Он обещал мне всё на свете, а сам не смог сделать самого простого на развилке.

— И ты убила его?

Мой голос всё же почти сорвался, но Кристина, к счастью, не обратила на это внимания.

— А что ещё мне оставалось делать? Это он свёл меня с наёмниками. К тому же он на полном серьёзе вбил себе в голову, что спасает тебя. А ещё собирался после, когда всё будет кончено, пойти и упасть в ноги своему хозяину, потому что «граф Вэйн всегда был честен и не заслужил предательства».

Глупо хихикнув, она встала и медленно подошла к окну, чтобы посмотреть на то, как первые капли начинающегося ливня разбиваются о стёкла.

Мне же нестерпимо хотелось пить.

В идеале — тёплого фруктового вина, и прикрыть глаза, откинувшись на плечо Калеба, чтобы на несколько минут обо всём забыть.