Книга Дар первой слабости, страница 152 – Лера Виннер

— Ох-хо-хо, Пресвятая и Пречистая! Княжна Марика! — достойно, но неотвратимо стареющий отец Август заспешил к нам из дальнего угла, подслеповато щурясь.

— Благословите, святой отец, — я склонилась, потянувшись к его руке, чтобы поприветствовать как до́лжно, так, словно ничего особенного не происходило.

Отец Август хмыкнул и убрал руку.

— Оставьте, мадемуазель. Не поверю, что вы стали ревностной почитательницей Богини в такой час.

Его взгляд лишь скользнул по моему лицу, но остановился на Вэйн, сделался холодным и внимательным. Вопросительным.

— Марика! — Джули выскочила из-за его спину и потянулась ко мне.

У неё было такое хитрое и вместе с тем довольное лицо, что я невольно улыбнулась, опускаясь на колени, чтобы её обнять.

— А вы как здесь оказались, княжна?

— Южанин привёл её, — отец Август ответил холодно, чуть-чуть нараспев, как будто возносил молитву. — Он дал мне пистолет и велел забыть о вере, если княжну Джули в его отсутствие кто-то попытается обидеть.

Я вскинула голову, пытаясь понять по выражению его лица хоть что-то.

Этого человека я пояснила с раннего детства. Отец привёз его в княжеский замок, когда они оба были ещё очень молоды, и с тех пор отец Август служил только в нашей молельне. Я знала, что он был противником Артгейта и предпочёл бы смерть необходимости склониться перед Вторым генералом.

— И что же вы ему ответили?

Предлагающего священнику отстреливаться Гарсиа я могла себе представить очень хорошо. А вот отца Августа…

Он хмыкнул с непривычной иронией и покачал головой.

— Он не стал слушать мой ответ. Но думаю, в случае необходимости Богиня направила бы мою руку.

— Такой необходимости не возникнет, — Вэйн, наконец, вмешался, чем заработал тяжёлый и подозрительный взгляд святого отца.

Для него Калеб был если не врагом, то просто чужим. Неуместным в княжеской молельне.

— Этот человек силой заставил тебя прийти сюда, дитя моё?

Глядя на графа, он обращался только ко мне, как обращался на проповеди.

Так много часов я провела с отцом Августом, пока он не оставил попыток помочь мне по-настоящему уверовать.

Настоящий разговор начинался только теперь, когда он готов был упрекнуть меня в том, что я подвергаю Джули опасности, являясь сюда в обществе вражеского генерала, и, ещё раз погладив Джули по голове, я поднялась.

— Я привела его. Нам нужна ваша помощь, святой отец.

Это «нам» отразилось от каменных стен гулким эхом, заставило обоих мужчин поменяться в лице.

Вэйн, как мне показалось, затаил дыхание, а отец Август сделался мрачен.

— Если ты хочешь, чтобы я отдал вам тот пистолет, я не могу этого сделать, потому что он не мой.

Пряча глаза, он начал обходить меня, возвращаясь к алтарю, и мне пришлось развернуться вслед за ним.

— Я хочу сочетаться узами брака немедленно.

Отец Август остановился. Почти минуту он думал, а после покачал головой.

— Я не могу этого сделать. В условиях войны я не имею права отдать тебя врагу. Князь Карл, глядя на нас с небес, просит Богиню покарать меня за это.

Он хмурился, произнося всё это, а я неожиданно для само́й себя улыбнулась, поняв, что собираюсь сказать чистую правду.

— Отец мой выбор бы одобрил.

— Выбор женщины или политика? — отец Август резко повернулся ко мне, и я почти опешила от того, сколько сдержанной страсти было в его полушёпоте.