Книга Дар первой слабости, страница 101 – Лера Виннер

Последние слова я выговорила едва слышно и просто из упрямства, потому что не хотела умолкать и сдаваться.

Взгляд Вэйна сделался непроницаем, словно прямо сейчас он был готов меня как минимум ударить.

Едва ли кто-то прежде осмеливался поднимать с ним эту тему.

Едва ли хоть кто-то знал. Даже его брат. Будь он таким же, Калеб Вэйн ни за что не отпустил бы его служить под чужое крыло. Непременно придумал бы приемлемую для общества и армии причину, но оставил мальчишку при себе.

У валесских мужчин дар работал иначе, чем у женщин. Для них не существовало никаких ограничений и условий — неконтролируемая и подчас пугающая сила просто просыпалась в мальчике однажды, и как обращаться с ней, как не сойти от неё с ума становилось только его проблемой.

В определённый момент поняв, что же именно во Втором генерале Артгейта меня так настораживает, я с трудом заставила себя ходить и разговаривать с людьми, вести себя нормально. Растерянность, непроходящий испуг, возможно, даже физическая боль — я слишком хорошо представляла себе всё, через что ему пришлось пройти в юности. Прибежавший к его порогу валесских маг, вероятно, казался ему даром свыше.

Однако доверять Эдмону в степени, достаточной для того, чтобы открыться, он так и не начал.

Тем временем Вэйн неспешно прошёлся по кабинету, пошевелил кочергой дрова в камине, и только после посмотрел на меня.

— Давно догадалась?

Если он и рассердился на мою бесцеремонность в первую минуту, справиться с собой ему удалось мастерски.

Я немного приподняла подбородок, демонстрируя, что ни извиняться, ни выворачивать его душу наизнанку не собираюсь.

— Ты слишком долго и слишком трогательно не спешил раздеваться передо мной. Сначала я решила, что ты вздумал щадить чувства бедной девственницы, а потом увидела твой шрам. Тебе ведь фактически вспороли живот. Даже самый удачливый солдат вряд ли пережил бы подобное. И ты не мог бы. Если бы твой дар тебя не хранил.

Вэйн положил ладонь себе на бок инстинктивно, и тут же, поняв, что именно сделал, опустил руку снова, но останавливаться я не хотела и не могла.

— Потом твоё плечо. Рана начала затягиваться ещё в саду. Если бы она кровоточила как положено, когда мы ехали обратно в замок, ты испачкал бы меня кровью намного сильнее. И точно не смог бы двигаться так свободно вечером.

По мере того как я озвучивала свои доводы, он медленно кивал, разглядывая при этом ковёр под своими ногами.

— Его Величество хотел отправить на Валесс своего Первого генерала. Эрвин в споре доказал ему, что выдвигаться должен именно я. Почему ты думаешь, что он ни о чём не догадывается?

Вполне могло статься, что он впервые говорил с кем-то о себе столь откровенно, и впервые же я ему почти посочувствовала. Калеб Вэйн нелегко мирился с собственными слабостями, хотя и знал чужие наперечёт.

— Потому что принц верит в чудеса. А ты предпочитаешь оставаться для него своего рода чудом, но не быть уродом, чужим среди них, — я выговорила это тихо, с непроизвольной улыбкой.

Это чувство — быть чужой среди тех, кто должен был считаться своими, — было знакомо мне очень хорошо.

— Рамон удивил тебя и заставил насторожиться, когда отправил в Артгейт именно меня. Но потом ты этому даже обрадовался, потому что о таком шансе мог только мечтать. Проверить, сработает ли твой дар на мне, сможешь ли ты убедить меня в том, что тебе нужно…