Книга Наследник для императора-дракона. Право первой ночи, страница 101 – Екатерина Гераскина

Она впервые назвала императора по имени, как он и просил:

— Поверь мне, Эрэйн.

И тут же потупилась, слегка покраснела, словно всё ещё чувствовала неловкость перед ним. Затем снова посмотрела на гору, потом на меня, потом опять на него.

— Я через это уже проходила. И, как видишь, Соль выросла здоровой девочкой. Но нам нужно подняться туда прямо сейчас. На самый верх. И сделать это одним. Это наш путь.

Я видела, как внутри Эрэйнa идёт сражение. Он не хотел нас отпускать. Его тревога буквально искрила по нашей связи. Он был готов броситься следом, закрыть, удержать, не позволить даже шагнуть.

Но мама мягко убрала его руку с моего запястья.

И потянула меня вперёд.

Воины Рейгарда уже разложили костры вдоль нижнего склона, так что часть пути освещалась желтыми отблесками пламени. Пологий склон был покрыт редкими деревьями и низким кустарником. Их тени дрожали на земле, словно живые.

Мы поднимались всё выше.

А потом свет костров остался позади.

И мы скрылись в темноте.

Эйфория во мне усиливалась с каждым шагом. Магия поднималась волной, согревала изнутри.

— Соль, — тихо сказала мама. — Оборачивайся. Но не взлетай. Мы достигнем вершины пешком.

И начался мой оборот.

Если раньше он был болезненным, выворачивал кости, ломал мышцы, заставлял меня стискивать зубы в ожидании боли — то сейчас я не почувствовала её совсем.

Оборот произошёл легко.

Ещё мгновение назад я стояла на двух ногах. И вот уже — на четырёх лапах.

Мир изменился.

Темнота больше не казалась непроницаемой. Я видела ясно и чётко.

Запахи обрушились лавиной.

Горячий камень. Сухая пыль. Древесная кора. И — самое главное — магия.

Она пахла раскалённым песком. Лавой. Пеплом. Мамин запах вплетался в неё, родной и тёплый. По моей матово-черной шкуре забежали огненные ручейки.

Меня тянуло вверх.

Я сделала шаг.

И вдруг прислушалась к себе.

Наша связь с Эрэйнoм была как тёплая огненно-красная нить, соединяющая два сердца. Пульсирующая. Живая.

Я повернула морду в его сторону.

Он стоял на границе света и тьмы, сложив руки на груди и широко расставив ноги. Он смотрел исподлобья, мрачно, напряжённо, не отрывая от меня взгляда.

Мама тихо рыкнула и пошла первой, скрываясь среди кустарников.

Я заурчала, ещё раз посмотрела на своего истинного, а затем развернулась и пошла за ней.

Но Эрэйн не был бы императором, если бы не сделал всё по-своему.

Уже на полпути, когда я двигалась по огненной жиле магии, проложенной в недрах земли, я почувствовала его присутствие.

Резко обернулась.

Никого.

Я подняла морду вверх и увидела огромного, мощного, беспощадного дикого виверна.

Он был похож на дракона, но отличался. Его кожистые крылья были шире и жёстче. Передних лап не было, а крылья венчали длинные, изогнутые когти. Гибкий хвост рассекал воздух. Его силуэт заслонял звёзды.

Он летал прямо над нами, сопровождая нас. Закладывал широкие круги. Поднимался выше. Снова снижался.

Я чувствовала — он зорко следит за нами. Он не нарушил наш путь. Но и не отпускал нас из поля зрения.

Чтобы добраться до вершины, понадобилось довольно много времени. Сначала я почти не ощущала усталости — эйфория от близости источника и предчувствие родной магии гнали меня вперёд.

Но постепенно даже это воодушевление перестало перекрывать тяжесть в лапах. С каждым шагом склон становился круче, воздух — суше и горячее.