Книга Наследник для императора-дракона. Право первой ночи, страница 100 – Екатерина Гераскина

И тогда они решили любой ценой заполучить меня. Заполучить ребёнка. Это был последний шанс для оставшихся в живых мятежников.

От меня планировали избавиться позже. Им нужен был только мой малыш. Потому что если бы всё выгорело, тогда можно было бы избавиться и от самого императора — если бы не получилось управлять им с помощью шантажа.

— Какие же мерзкие твари… — прорычала я, закрывая живот рукой.

Мне было больно. Больно за ещё не рождённого ребёнка. Сколько бы ему пришлось вытерпеть, если бы их план удался. Мама сжала мой локоть и встала рядом. Мы переглянулись. Как же мы были слепы. Не понимали, какая гниль скрывается внутри Генри.

Когда всё вытрясли до конца, стало ясно: он не знал, где остальные мятежники. Не знал многих деталей. Всё потому, что на нём не было метки — его не посвящали в самое сокровенное.

С Андридом, тем временем, больше никто не связывался, хотя мой супруг слышал, как тот говорил с кем-то. После недавнего подавления восстания мятежники решили залечь на дно. Они боялись того, что император сделал в столице. Поэтому все связи сейчас были разорваны. Мятежники решили, что пока все сами за себя до наилучшего периода.

Ещё один удар рукояткой клинка по голове — и мой супруг отключился.

Эрэйн подошёл ко мне и обнял. Его ладонь легла мне на спину, тяжёлая и тёплая.

А потом, словно ничего не произошло, мужчины продолжили ставить лагерь для ночёвки. Нам постелили, развели большой костёр, накормили. Всё было так обыденно, будто только что не решалась судьба людей.

Я сама не заметила, как провалилась в сон. Даже не успела возмутиться — почувствовала лёгкое магическое прикосновение, поняла, что это дело рук Армуса.

Когда мы с мамой проснулись рано утром, на поляне не было ни тел, ни Генри, ни Андрида. Никаких следов. Словно ночь стёрла всё.

Я подскочила.

— Что произошло?

Эрэйн спокойно протянул мне чашку травяного чая и непринуждённо пожал плечами.

— Ты теперь свободна.

Вот так закончилась моя короткая роль замужней женщины.

Через полдня мы уже прибыли к той самой горе. Сколько бы я ни спрашивала Эрэйна, что они сделали с теми людьми, он не отвечал.

И я отпустила ситуацию.

Теперь нам никто не угрожал. Мятежники снова спрятались в свои норы. У нас было время просто побыть счастливыми родителями, хотя бы немного.

Как мама и говорила, с каждым шагом к спящему Вулкану мне становилось легче. Когда мы прибыли к его подножью, я отчётливо почувствовала: моя драконица совсем близко. Эйфория накрывала волной. Хотелось смеяться, петь, танцевать, кружиться на месте.

Эрэйн спустил меня с лошади, придержал. Мама спрыгнула сама, подошла ко мне, взяла за руку.

— Идём.

— Куда вы? — слишком резко заволновался император.

— Здесь наше место силы. Нам нужно на самый верх.

Он мрачно окинул взглядом тёмный пологий склон.

— И как же вы туда доберётесь? Соль слаба, да и вы тоже.

Мама окинула взглядом воинов, Керрана, Армуса, моего истинного.

— В своём истинном обличии, — звонко рассмеялась она. Та самая эйфория накрыла и её.

— Разве сейчас не опасно оборачиваться для Соль? — Эрэйн подошёл ближе, сжал мою руку, словно не хотел отпускать. Потом посмотрел на Армуса.

Тот замялся, поправил очки, нахмурился, явно просчитывая риски.

— Для огненных дракониц это не опасно. Нам можно оборачиваться, — спокойно, но твёрдо сказала мама. — Наоборот, так будет легче. Проще восстановить связь с источником, напитаться магией, позволить ей свободно течь по венам.