Книга Няня для своей дочери. Я тебя верну, страница 44 – Саяна Горская

— След обрывается, — серьёзно констатирую.

Анюта поджимает губы.

— Не совсем, — берёт меня за руку и тянет в коридор. Останавливаемся у самой последней двери.

— Что там?

— Там раньше папа с мамой жили, — пожимает Анюта плечами. — Потом они выбрали себе другие комнаты, и теперь там никто не живёт.

— А нам туда можно?

— Конечно. Там всё равно скучно.

Толкаю дверь, и она открывается с тихим, протяжным скрипом.

Внутри темно. Шторы плотно задёрнуты. Воздух тяжёлый, неподвижный, и чувствуется в нём запах пыли, смешанный с ароматом духов, выветрившихся не до конца.

Анюта хлопает в ладоши.

— Та-дам!

Вхожу первой.

Кровать аккуратно заправлена. На туалетном столике ровно и симметрично выставлены флаконы духов, рядом лежит расчёска с застрявшими в зубцах каштановыми волосками. Под настойчивым руководством Анюты исследую комод у стены. В верхнем ящике аккуратно сложенные шёлковые платки. Во втором — засохшие лаки, помады, пудра. Всё в белых, кремовых и перламутровых коробочках.

Эта комната не выглядит заброшенной. Она выглядит законсервированной.

— Здесь живут секреты, — шепчет Анюта так серьёзно, что у меня по коже пробегает холодок.

Опускаюсь на пол. Нижний ящик выдвигается тяжелее остальных, не хочет поддаваться. Внутри оказываются бумаги, документы, какие-то папки.

— Ищем сокровища, — подмигивает Анюта заговорщически.

Достаю документы, не придавая этому особого значения, как если бы это был просто ещё один шаг расследования. Открываю папку, сразу же натыкаясь на свидетельство о рождении, выданное на имя Градской Анны. Глазами добегаю до даты рождения и сначала не понимаю, почему внутри всё резко стягивается в узел.

Надо же, в один день родились…

Анюта и моя дочь родились в один день.

Глубже в папке нахожу медицинскую выписку из роддома, протокол родов. Не знаю, зачем лезу сюда. Мне надо бы захлопнуть эти документы, не совать свой нос в чужие дела, однако я уже не могу остановиться, потому что натыкаюсь на очередное слово, заставляющее мой мир вращаться в противоположную сторону.

Асфиксия.

В ушах гудит, а виски сдавливает. Читаю время рождения, и секунды превращаются в вязкий сироп. Память услужливо подсовывает мне обрывки того дня: стерильный свет операционной, холод металла, сухой голос врача.

Совпадения случаются. Но когда совпадает всё, вплоть до времени рождения — это уже не статистика, а закономерность.

У Анюты с моей дочерью схоже всё, кроме имени в графе «мать».

Там значится Элла Градская, и все мои фантазии разбиваются об этот факт, как буйные волны о скалы.

— Вера? — Тёплая ладошка касается моего плеча.

Вздрагиваю, словно очнувшись из сна. Анюта с любопытством смотрит на меня своими огромными зелёными глазами. Такими знакомыми глазами.

— Ты нашла меня?

— Что?

Между мной и Анютой всплывает косматая куколка Дора.

— Ты нашла меня! Спасибо, детектив!

Резко захлопываю папку, убираю всё на место и задвигаю ящик. Прикладываю ладонь к груди, втрамбовывая обратно взвинченное сердце.

Просто совпадение… Просто совпадение…

Или..?

— Вера, проснись, — шепчет детский голос над ухом, и я мгновенно распахиваю глаза.

В спальне ещё темно. Сквозь узкую щель в задёрнутых шторах просачиваются первые робкие лучи солнца.

— Анюта? — Нащупываю под подушкой телефон. Время ранее, ещё даже будильники не звенели. — Что-то случилось?