Книга Одно Рождество в Париже, страница 2 – Менди Беггот

— C топ! — резко заявила Ава, приподнимаясь в своем кресле.

— Стоп? — уточнила Сисси. — Что именно, разговоры? Меньше краски?

— Все, — ответила Ава. Она схватилась за серебряные полоски на своих волосах и потянула.

— Ты что делаешь? Не трогай их! — закричала Сисси так, словно одно неверное движение могло сдетонировать бомбу.

— Я хочу их снять… чтобы их не было… на моих волосах! — Ава взялась за полоску фольги пальцами и потянула.

— Хорошо, хорошо, но не так, ты выдернешь себе все волосы.

— Я хочу что-то новое, — Ава подхватила руками волосы, убирая их от лица, и наклонила голову, оценивая, как это выглядит. Ничто не сделает ее подбородок менее острым, а губы тоньше. Она вздохнула.

— Отрезай все, — она хотела, чтобы это прозвучало сильно и решительно, но ее голос задрожал в конце предложения, и когда она взглянула на Сисси, то увидела растущую жалость в ее глазах.

— Ну… сначала надо закончить с окрашиванием, — Сисси закусила губу.

Ава не хотела, чтобы ее жалели.

— Хорошо, как закончишь, отстригай все, — повторила она.

— Ты имела в виду подровнять кончики? — Сисси взглянула на Аву через отражение в зеркале.

Ава потрясла шуршащими остатками фольги в ее волосах.

— Нет, Сисси, не подровнять кончики. Я хочу отрезать все волосы, — она сделала глубокий, ровный вдох. — Очень коротко… определенно, как Боуи в его лучшие годы, не Джедвард.

— Так коротко, — Сисси чуть не подавилась словами.

— Ты ведь говорила, что изменения пойдут на пользу, так измени меня, — она откинулась назад на спинку кресла из искусственной кожи.

— Сделай так, чтобы меня даже мать родная не узнала. — Она закрыла глаза. — Особенно моя мать.

С закрытыми глазами она отгородилась от всего — от Клиффа Ричардса, мишуры, еловых шишек, Лео. Другой стиль — это то, что было ей нужно. Что-то, соответствующее ее новым взглядам на жизнь. Стрижка, которая словно говорила: «Можешь смотреть, но если хоть одна твоя ресница упадет в мое личное пространство, предлагая все радости мира, тебе крышка». Ничто и никто не мог прикоснуться к ней.

Телефон Авы пикнул, и она приоткрыла один глаз, искоса посмотрев на экран. Почему Лео просто не мог сдаться? Почему он не присосался к Кассандре, как и бог знает сколько времени до этого. Она готова была поспорить, что Кассандре никогда в жизни не приходилось использовать Клерасил.

Сисси наклонилась вперед, глядя на экран телефона.

— Тут написано, что это от Дебс.

Значительно ободрившись, Ава потянулась к телефону, поднимая его и читая сообщение.

Я знаю, что сказала ничего не приносить, но я совсем забыла прикупить что-то рождественское. Можешь купить что-то рождественское? Съедобное…, например, чипсы, которые по вкусу как фаршированная индейка, или жареные орехи с клюквой. И приноси красное вино, не белое, потому что я уже купила три бутылки белого сегодня. А если ты вдруг совершенно забыла, что должна прийти ко мне посидеть по-соседски с закусками, пока я не улетела в Париж, то вот твое напоминание. Целую, Дебс

Сообщения Дебс были похожи на диссертацию. Никаких «Боже мой», «мать твою», или «это уже лишнее» с лучшей подругой Авы. И Ава действительно забыла о «закусках по-соседски». Вот что расставание с тобой делает — сбивает с толку мозг и поджаривает каналы, отвечающие за важные отношения. Итак, сейчас она снова брала все в свои руки, избегая и сторонясь всех, кроме своей лучшей подруги. И единственной изношенной материнской платой будет та, у которой провода соединены с мужчинами.