Книга Тень, ключ и мятное печенье, страница 46 – Алексей Котейко

Спуск закончился внезапно, тесным проходом между высоких стен двух соседних домов. Они оказались на одной из улиц в северной части Лайонгейт, у подножия скалистого утёса Лестниц.

— По словам Харриса, «Краб и солнце» должен быть где-то рядом. Попробуем осмотреться.

— Тут из конца в конец километра три, – заметил Абекуа. – Может, разделимся?

— А где мы потом будем друг друга искать? – возразил Лайош.

Муримур посмотрел по сторонам, запоминая проулок, из которого они вышли.

— Ладно. Направо или налево?

Шандор секунду-две подумал, потом сказал:

— Направо. Если мы не сильно петляли на спуске, то эта часть улицы короче. Потом вернёмся и пройдём до конца влево. Если ничего не обнаружим – перейдём на вторую поперечную улицу, и будем искать дальше.

— Есть идея получше, – сказал Вути, всматриваясь во что-то в тумане. Потом зашагал не вправо и не влево, а вперёд, и прежде, чем Шандор успел что-либо сказать или сделать, до сыщика донёсся мурлыкающий голос компаньона:

— Добренького вечерочка, красавицы!

Две женщины, к которым обратился муримур, настороженно замерли. Потом одна из них, повыше и постарше, сказала:

— Вечер славный, твоя правда.

— Может, посоветуете, где тут поблизости горло промочить?

— Ты не здешний? – с прищуром посмотрела на Абекуа вторая.

— Я проездом, – ухмыльнулся он, демонстрируя клыки.

— И далеко ли едешь?

— Далеко. За море.

— О как!

— Ага. Так что же, где тут можно выпить?

— Коту? – многозначительно поинтересовалась старшая. Ухмылка Вути сделалась шире.

— Что ты, милая! Шпильману!

Женщины ещё секунду-две внимательно разглядывали муримура, но стали держаться ощутимо спокойнее.

— Ну, можешь заглянуть в «Крысу и чайник». Вон там, – старшая махнула рукой, указывая направление. – Пройдёшь до следующего перекрёстка и увидишь вывеску.

— Или в «Пропавшую корону», – подхватила младшая, в свою очередь указывая направление. – А, может, угостишь?

— Может и угощу, если выиграю, – отозвался Абекуа. – С коронами у меня как-то не ладится, а крыс хронически не люблю.

— Ну, там вон подальше будет «Красная луна», только тебе бы туда не соваться, – старшая женщина ещё раз внимательно окинула взглядом костюм Вути. – А то наши ребята не поймут.

— Стало быть, там ваши ребята отдыхают? Моё почтение, не буду портить вечер.

— В двух кварталах есть «Краб и солнце», – предложила младшая. – Только там таких как ты не жалуют.

— Вот те на. Чем же я провинился? Ни в луну, ни в солнце не пускают, – Вути демонстративно сплюнул на мостовую. Собеседницы хихикнули.

— В «Крабе и солнце» наливают только людям. Такое у бармена правило.

— Пройди мимо них, – посоветовала старшая, – и как выйдешь на последнюю набережную, двигай в сторону реки. Там будет «Кусачая рыбка». Держит один из ваших, и играют каждый вечер.

— Благодарствую, красавицы.

— И тебе не хворать.

Абекуа зашагал в указанном направлении. Шандор, прислонившийся к стене и набивавший трубку, подождал, пока женщины пройдут мимо него, потом для верности отсчитал про себя до тридцати, неспешно раскурил трубку и зашагал следом за компаньоном.

Муримура он нагнал на следующем перекрёстке. Вути, облокотившись о пустую бочку, поглядывал вдоль улицы то влево, то вправо, с ленивым видом того, кому торопиться совершенно некуда. Но едва сыщик оказался рядом, Абекуа тут же встрепенулся.