Книга Невероятный сезон, страница 69 – Розалин Ивз

Талия протанцевала первые несколько танцев с партнерами, которых тут же забыла. Третий танец она обещала Адаму. Она ожидала, что он скажет что-нибудь язвительное по поводу присутствия мистера Дарби, но он заметил только:

— Ты хорошо выглядишь.

Затем погрузился в молчание, его движения казались механическими.

— Пенни за твои мысли? – сказала Талия, когда танец свел их вместе.

Адам встряхнулся.

— Приношу извинения. Я задумался. Сегодня получил письмо от отца, в котором он призывает меня наслаждаться пребыванием в Лондоне и оставаться тут столько, сколько захочу, но не могу отделаться от чувства, будто он что-то скрывает. Когда я приехал в Лондон, то планировал задержаться здесь до этого бала, а затем вернуться… ты знаешь, он еще не полностью восстановился, и, кроме того, моя учеба у твоего отца… Но потом мы с Калли обручились, и твоя тетя, похоже, ожидает, что я останусь.

— Не понимаю, почему ты должен это делать, если беспокоишься об отце. У Калли есть… – «Я», – подумала Талия и спохватилась. – У Калли есть Грация и наша тетя, к которым она может обратиться, если понадобится. С нами все будет в порядке, если тебе нужно вернуться домой. Калли не может ждать, что ты станешь постоянно ухаживать за ней, как если бы… – «Как если бы вы любили друг друга».

— Я хочу поступать с ней правильно, даже если наша помолвка не совсем обычна.

Танец отдалил их друг от друга.

— Но? – спросила Талия, когда они снова сошлись.

— Но мой отец – раздражительный старик, который воспринимает боль как слабость и не признается, что нуждается во мне, даже если не может самостоятельно добраться из спальни в уборную. – Адам смущенно посмотрел на нее. – Прошу прощения.

— Мы слишком долго были друзьями, чтобы меня смутили твои слова об уборной, – сказала Талия. – Разве у него нет человека, который помогал бы ему?

— Да, но он не может делать все, что требуется, если отец нездоров.

— Если это поможет, тебе следует вернуться домой. Мы освободим тебя на пару дней.

Адам кивнул, на его лице отразилось облегчение.

— Ты права, спасибо. Думаю, что вообразил себе лишнего. Ты присмотришь за Калли?

— Я могу попробовать, но сомневаюсь, что она хочет, чтобы я присматривала за ней, – призналась Талия. Они по-настоящему не разговаривали с тех пор, как обменялись гневными репликами после посещения музея. Дни, предшествовавшие балу, заполняла такая суета, что было легко избегать друг друга.

Шаги танца разделили их, на некоторое время соединив с новыми партнерами, прежде чем снова свести вместе.

— Тебе следует помириться с ней, – сказал Адам, продолжая их разговор с того места, на котором они остановились. – Эта отчужденность ранит вас обеих.

— Будешь ли ты так же откровенен со своими прихожанами? – спросила Талия.

— Только с теми, кого хочу видеть счастливыми, – ответил он. – Почему ты с ней не поговорила?

— Я пыталась… и все закончилось ссорой. – «Лицемерка», –так назвала ее Калли.

Адам слегка улыбнулся.

— Дай угадаю… ты почувствовала прилив великодушия и пошла к Калли, чтобы простить ее, а она бросила прощение тебе в лицо?

Когда он увидел выражение Талии, его улыбка стала шире.

— Я знаю тебя большую часть жизни. Знаю, как меняется твое настроение. – Он вздохнул. – Калли не хочет твоего прощения, Талия. Она хочет, чтобы ты извинилась.