Книга Друг отца. Он не отпустит, страница 33 – Майя Новак

— Какой резон мне помогать ему? — равнодушным тоном спрашивает Гордей. — Мне пришлось несколько лет обрабатывать Райского, чтобы он хотя бы впустил меня на рынок оружия. А Бондарев с первого дня предлагает мне сотрудничество. Богдан не подпускает меня к своим каналам.

Волосы на голове чуть ли не шевелятся от того, что я слышу.

Обрабатывать? Гордею пришлось обрабатывать моего папу?

То есть, получается, это вовсе не дружба, а шкурный интерес заставили Соболева держаться рядом с моим отцом. И эта сволочь еще что-то там говорила мне о порочности и испорченности?! Да он подонок, каких еще поискать!

Сглатываю, чтобы немного унять шум в ушах.

Мне надо услышать как можно больше, чтобы понять, как я могу помочь своему папе. В первую очередь я расскажу ему, каким ублюдком оказался человек, которого он столько лет считал лучшим другом! Пусть знает и прогонит Соболева из своей жизни и своего дома!

Черт, папа ведь принимал его как родного! И вот какую благодарность получит в ответ. Вместо того, чтобы помочь, Соболев хочет еще и поживиться на беде моего отца.

Сволочь! Ненавижу!

Дрожь в теле усиливается, но теперь она не имеет ничего общего с сексом. Сейчас я ощущаю огромное желание впиться ногтями в рожу Соболева и разодрать ее до мяса. Меня аж потряхивает, так сильно это желание.

— Гордей, ну вы уже столько лет партнеры, — не унимается женщина. — И дочь его у тебя в гостях, — добавляет с сомнением в голосе. — Уверен, что не хочешь ввязаться в эту войну?

— Уверен, — спокойно отвечает Соболев, заставляя мое тело вибрировать от ярости.

— Хорошо, — отзывается мужчина. — Тогда будем наблюдать за этими пауками в банке и посмотрим, кто кого сожрет первым. А мы потом на этом пепелище построим новый бизнес. Поехали, Каролина, у нас еще дела.

Я быстро оббегаю лестницу, ведущую на второй этаж, и прячусь за ней, стараясь слиться с окружающей обстановкой.

Гости прощаются с хозяином дома, а потом я слышу цокот каблуков по паркету, сопровождаемый мужскими шагами. Выглядываю, но со своего места не вижу посетителей. Входная дверь хлопает, и в доме воцаряется тишина.

Что Гордей будет делать? Правда станет наблюдать за тем, как убивают моих родителей? Неужели ничего не предпримет?

Судя по его словам, на него надежды нет.

Придется мне действовать самостоятельно. Только для начала надо как-то выбраться из дома. А для этого нужно пройти собак и усыпить бдительность хозяина дома.

А, может, просто убить его?

К черту! Он же решил дать моим родителям умереть. Так почему я не могу замочить ублюдка и вырваться, чтобы помочь родителям?

Я еще не знаю, что буду делать дальше. Зато я приняла решение о дальнейшей судьбе Соболева.

Развернувшись, влетаю на кухню. Хватаю самый большой нож и тороплюсь в сторону кабинета Гордея, откуда, как мне показалось, я слышала голоса. Сжимаю рукоять посильнее и толкаю дверь в святая святых хозяина дома.

Гордей разворачивается. Держит трубку телефона у уха и хмурится, глядя на меня.

— Перезвоню, — бросает и кладет телефон на стол. — Это еще что за представление?

Впивается в меня внимательным взглядом, и я вижу, что он смотрит на меня, словно на ребенка, который решил корчить из себя взрослого. Это бесит еще сильнее.

Я с ревом бросаюсь через весь кабинет. Держу нож впереди себя, чтобы вонзить его в горло этого подонка!