Книга Бесстрастный, страница 81 – Алекс Мара

Доменико смотрит на меня с пренебрежением. Дескать, мне, тепличной жемчужине, не понять глубину падения Вилема Романи.

— Это ужасно, что никто так и не остановил Вилема. Главное, что теперь Рени в безопасности, и Вилем больше его не тронет. Надеюсь, со временем ты сможешь забыть о прошлом.

Взгляд Доменико становится ледяным и далеким.

— Наоборот, надо помнить о том, что случилось, и о том, что ты смог это пережить. Тогда однажды прошлое потеряет над тобой власть.

Хорошие слова, правильные. И мне есть что ответить.

— Ты прав. Я всегда буду помнить о том, как ты со мной поступил. Надеюсь, однажды прошлое потеряет надо мной власть. Доменико, я хочу, чтобы ты кое-что знал. Моя главная цель – стать независимой от тебя. Я помогу закрепить твое положение в синдикате, но после этого не хочу иметь с тобой никаких дел.

Доменико не удивлен и уж точно не расстроен этой новостью. Хмыкнув, поводит плечом.

— Я не собираюсь тебя принуждать. Если насильно удерживать человека, можно задушить все хорошее между вами.

— Между нами нет ничего хорошего.

— Правда?

— И, между прочим, ты меня удерживаешь. Против воли. Насильственным браком. Не спорь, я все равно тебе не поверю. Как насчет твоего прошлого обещания отпустить меня, как только я помогу с Рени?

Он отворачивается.

Дальше мы едем молча. Во мне играют на повторе слова Доменико о его детстве. Как бы я к нему ни относилась, мне больно за маленького и одинокого Доменико Романи, которого не смогли или не захотели защитить.Прекрасно поговорили! Разговоры между супругами – залог успешного брака.

Наверное, поэтому мои следующие слова теплые и полные чувств.

— Ты станешь замечательным братом для Рени и не позволишь, чтобы с ним что-нибудь случилось…

Однако я не успеваю договорить. Доменико резко выдыхает и бьет кулаком по обивке сиденья.

— Прекрати, Ада! – кричит. – Я должен был забрать Рени у отца сразу после его рождения! Не должен был слушать Анну! Посмотри, чем это закончилось? Рени легко пугается, неизвестно что он видел в доме отца, да еще синяки… Все это моя вина!

— Нет, не твоя! Ты не отвечаешь за поведение Вилема…

— Я знал, что, рано или поздно, он возьмется за Рени…

— Ты предупредил Анну! Она его мать, и в доме есть охрана и прислуга…

— Я знал, что никто из них не пойдет против Вилема, но не забрал брата. Я виноват, так что не корми меня своими сопливыми надеждами на прекрасное будущее!

Воздух накалился между нами, слова летают пулями. Вдруг вспомнились первые дни нашего знакомства. То, как Доменико упорно избегал брата, не прикасался к нему, не общался. То, с какой робостью впервые подал ему игрушку. Как заботился, но при этом оставался на расстоянии.

Теперь я знаю причину. Чувство вины.

Глядя в глаза Доменико, говорю с каменной уверенностью в голосе.

— Ты замечательный брат. Ты защитишь Рени и дашь ему все необходимое. Помни, Доменико: для счастливой и здоровой жизни ребенку нужна не только безопасность, но и любовь.

Доменико матерится и закрывает глаза.

Когда мы возвращаемся в пентхаус, он закрывается в своей спальне.

Я укладываю Рени спать, но самой мне никак не уснуть.

Устраиваюсь на диване в гостиной и смотрю скандальные ток-шоу, которые так любит Карло. Вспоминаю его слова, что я заслужила все, что со мной случится. Гадаю, так ли это и за какие грехи я расплачиваюсь.