Книга Порочный ангел, страница 108 – Л. Дж. Шэн

— Мы взрослеем не с годами, детка. А с опытом, который с ними приходит. – Папа одаривает меня обезоруживающим взглядом. – Ты развиваешься, милая. А ни один взлет не обходится без падений. Умные люди превращают эти падения в кривую обучения.

Папа рассматривает меня мгновение, а потом качает головой. Достает из кармана телефон, включает песню Be Alright Дина Льюиса, и теперь мне правда хочется плакать, потому что он помнит. Помнит, что именно под нее я танцевала свой первый медленный танец. С ним. Папа был сопровождающим на выпускном в девятом классе, где заиграла эта песня и очень мне понравилась, но ни один мальчик не захотел приглашать меня на танец в присутствии моего отца… поэтому меня пригласил он сам.

При этом папа все сделал правильно. Никаких ухищрений. Подошел. Спросил меня осторожно. Робко. Все мои подружки чуть не попадали в обморок. Он кружил меня на танцполе, наклонял, смешил и говорил, что я самая красивая девушка в зале. И я верила ему. Ведь знала, что в его глазах такой и была.

Папа протягивает мне ладонь и скромно улыбается.

— Я знаю, что ты профессиональная танцовщица, а я просто старик с душой нараспашку, но не могла бы ты оказать мне честь?

Я молча вкладываю свою ладонь в его. Он бросает телефон на кровать, и я опускаю голову ему на грудь, наслаждаясь его теплом. Закрываю глаза и двигаюсь в ритме песни, ощущая такой водоворот эмоций, такую горечь момента, что у меня перехватывает дыхание.

— Злишься, что я украл твой первый танец? – Его дыхание щекочет короткие волоски возле лба.

— Шутишь? – Я крепко его обнимаю. – Разделить первый танец с парнем, которого всегда будешь любить больше всех, – настоящая честь.

— А как же Лев? – спрашивает он через мгновение.

Я думаю, о своем первом поцелуе. О первом сексе. Все это случилось не со Львом.

— Видимо, мне суждено, чтобы Лев стал у меня во всем вторым, – вздыхаю я.

— Вторым, – произносит папа. – И, если хочешь знать мой прогноз: последним.

На мгновение – лишь на краткий миг, – нет никаких обезболивающих. Нет боли. Нет Джульярда. Нет Талии. Нет тревоги, панических атак, сокрушительных ожиданий и замешательства.

Только мы с папой.

И невысказанное обещание, что все будет хорошо.

* * *

Но все не хорошо.

Все далеко не хорошо. Напротив, это «хорошо» сейчас где-то в другой вселенной.

Я ощущаю одну только боль, во рту пересохло, а в доме сейчас градусов пятьсот. Не иначе.

— Дело во мне или здесь ужасно жарко? – Я расхаживаю по лестничной площадке особняка дяди Вишеса в Джексон Хоул. Кейден, Сисси и близнецы сейчас наверху со своими нянечками. Здесь только я и Лев, который пытается заставить меня посмотреть фильм «Все везде и сразу», но я то и дело ухожу прочь от дивана.

Вот бы он на минутку оставил меня одну, чтобы я могла принять несколько таблеток и снова дышать полной грудью. Я на грани панической атаки от невыносимых эмоций, которые внезапно обрушились на меня, когда лекарства оказались вне досягаемости.

Лев медленно встает, прислоняется бедром к стене и смотрит из-под полуопущенных век. Он выглядит невероятно мускулистым в белой футболке с треугольным воротом и черных спортивных штанах.

— Если верить термостату, шестьдесят девять градусов по Фаренгейту. – Он проводит языком по верхним зубам. – Хорошее число, согласна?